– Я вовсе не считаю себя гением! – Джози немного успокоилась, слушая мелодичный голос и глядя на выразительное лицо, что внушало ей доверие – таким оно было сильным, искренним и добрым. – Я лишь хочу понять, есть ли у меня талант, стоит ли стараться и дальше, получится ли через много лет хорошо сыграть в прекрасной постановке, способной понравиться зрителям. Я не надеюсь стать второй миссис Сиддонс или мисс Кэмерон, как бы мне этого ни хотелось, и все-таки есть во мне начало, которое можно проявить только одним способом. Когда я играю, я безгранично счастлива. Я погружаюсь в собственный мир, и каждый новый герой мне становится новым другом. Я люблю Шекспира и никогда не устану от его восхитительных персонажей. Разумеется, я не понимаю всего, но это как стоять одной в ночной тиши и любоваться горами, величественными и недостижимыми, и воображать, как в утреннем свете они вдруг откроются мне во всем великолепии. Я пока не вижу красоты, но чувствую ее сердцем и жажду выразить.
Джози говорила самозабвенно, побледнев от волнения, – глаза ее сияли, губы дрожали, а юная душа силилась облечь в слова переполняющие ее чувства. Мисс Кэмерон все поняла и поверила, что речь идет не просто о девичьем увлечении; когда она ответила гостье, в голосе ее звучало расположение, а лицо выражало искренний интерес – хотя она сдержалась и не стала высказывать всех своих мыслей, прекрасно понимая: одно лишь слово побуждает молодых предаваться волшебным мечтам, но грезы могут разрушиться, причиняя сильную боль.
– Если ты и правда так думаешь, вот мой совет – продолжай любить и изучать великого мастера, – произнесла мисс Кэмерон задумчиво, но Джози уловила новую интонацию, и сердце ее восторженно забилось: новая подруга говорила с ней как с равной! – Это само по себе образование, а на постижение всех его тайн не хватит и жизни. Но тебе еще многое предстоит сделать прежде, чем ты сможешь читать его слова на сцене. Обладаешь ли ты терпением, смелостью и силой начать с самых азов и медленно, мучительно закладывать основание для будущей профессии? Слава – жемчужина, за которой ныряют многие, но мало кому удается достать ее на поверхность. А даже если удается, она оказывается несовершенна – тогда искатели ищут новых жемчужин и в погоне за ними теряют куда более ценное.
Последнюю фразу актриса произнесла скорее для себя, чем для слушательницы, но Джози с улыбкой ответила ей, сопроводив свои слова выразительным жестом:
– Я достала браслет, пусть вода и жгла глаза!
– Достала! Помню. Добрый знак. Мы его не забудем.
Ответная улыбка мисс Кэмерон согрела девочку, как луч солнца; актриса протянула к ней белые руки, точно брала невидимый подарок. Потом добавила другим тоном, глядя, как меняется от ее слов выразительное юное лицо:
– А теперь маленькое разочарование: вместо того чтобы взять тебя в ученицы или отправить поступать в какой-нибудь второсортный театр, я посоветую вернуться к учебе и закончить образование. Это – первый шаг, ибо человек должен быть разносторонним, а одного таланта для достойной личности мало. Развивай разум и тело, сердце и душу, стань умной, воспитанной, красивой и здоровой девушкой. А после, лет в восемнадцать-двадцать, поступай в театр и попробуй свои силы. Битву следует начинать во всеоружии, чтобы не пришлось потом горько сожалеть о своей поспешности. Случается, что талантливым получается этого избежать, но это редкость. Карабкаться нужно медленно, осечек и падений не избежать. Ты готова не только трудиться, но и выжидать?
– Готова!
– Посмотрим. Мне приятно будет уйти на покой с мыслью, что оставила после себя хорошо обученную, преданную своему делу и одаренную коллегу: она займет мое место и продолжит начинание, которое мне дороже всего, – очистит доброе имя актрисы. Может, ты и есть та самая коллега, но помни: актриса – это не просто красавица в роскошных костюмах, а подлинное искусство – не просто попытки умненькой барышни повторить великие роли. Нынче много блеска и мишуры, позорных потуг. И почему публика довольствуется оперой-буфф или грошовыми пьесками, когда целый мир истины и красоты, поэзии и величия только и ждет, чтобы его открыли?
Мисс Кэмерон забыла, с кем говорит, и шагала по комнате, пылая от благородного негодования, знакомого всем образованным людям в наш век упадка сцены.
– Мистер Лори так же считает, они с тетей Джо хотят ставить пьесы о настоящих, достойных предметах – простые домашние спектакли, которые трогают душу, пробуждают смех, слезы и веру в лучшее. Дядя сказал, это занятие как раз для меня, а вот трагедию надо оставить. Только ведь куда приятнее ступать по сцене в короне и бархате, чем ходить в обычной одежде и быть собой – хотя это и проще.
