– Постараюсь, мама. Лучше возможности не представится: «Тайбер и компания» относится к сотрудникам по-человечески и щедро платит за честную работу. Все устроено по-деловому, как нарочно для меня. Не выношу, когда не держат обещаний, ленятся или тиранят служащих. Мистер Тайбер так сказал: «Это, Брук, только чтобы научить вас азам профессии, а потом найду вам другое занятие». Тетушка рассказала ему, какие заметки о книгах я пишу и как люблю литературу – пусть я и не создам «трудов, достойных Шекспира», как она выразилась, все равно получу кое-какую литературную работу, если повезет. А если нет – что же, отбирать хорошие книги и открывать миру чужое творчество тоже благородное и почетное дело, я с готовностью к нему присоединюсь.
– Приятно, что ты так считаешь. Поистине счастлив человек, когда любит свою работу. Я вот терпеть не могла преподавать, зато за собственным домом приглядывала с радостью, пусть это и труднее. Как тетя Джо, довольна? – спросила миссис Мэг, уже рисуя в воображении вывеску «Тайбер, Брук и компания» над дверью известного издательства.
– Весьма: едва уговорил ее не выдавать секрет. Я ведь столько забросил планов и столько разочарований тебе принес, что на сей раз хотел знать наверняка, а потом уж делиться с тобой. Собирался поведать все сам – пришлось подкупить Теда с Робом, иначе тетя Джо этим же вечером примчалась бы тебе рассказывать. Ее воздушные замки заполонили бы целую Испанию и придавали мужества, пока мы ждали ответа. Мистер Тайбер – человек неторопливый, но, если принял решение, уже не отступится – думается мне, начало положено.
– Даст Бог, милый мой! Счастливый сегодня день; я ведь боялась, что, несмотря на все старания, проявила легкомысленность, слишком потворствовала своему мальчику – и теперь он понапрасну растратит талант и время на безобидные, но недостойные его занятия. Но раз так, я за тебя спокойна. Еще бы Дейзи повеселела, а Джози бросила свою затею – и было бы мне счастье.
Деми дал матери порадоваться немного, и сам улыбаясь приятным мыслям, которых пока не решался раскрыть, а после добавил отеческим тоном – он всегда неосознанно так делал, когда говорил о сестрах:
– За девочками я присмотрю, но начинаю понимать, что дедушка прав: каждый должен следовать предназначению Господа и природы. Себя не изменишь – можно только развить хорошие качества и держать в узде дурные. Надеюсь, сам я наконец набрел на верный путь. А Дейзи пусть будет счастлива на своем, весьма достойном и подходящем для женщины пути. Если Нат вернется домой с успехом, я скажу: «Благословляю вас, дети мои», – и пусть строят собственное гнездышко, а я им помогу. Потом мы с тобой поможем Джози понять, какая фраза ей больше подходит: «Весь мир – театр» или «Дом, милый дом!».
– Видимо, так и есть, Джон, но никак не могу с собою сладить: все строю планы и надеюсь, что сбудутся. Заметно, как Дейзи привязана к Нату – если он и правда ее достоин, позволю им построить счастье, как мои родители позволили мне. А вот с Джози жди беды: я и сама люблю сцену, всегда любила, однако не могу примириться с мыслью, что моя малышка станет актрисой, хотя талант у нее определенно имеется.
– Кто же тут виноват? – улыбнулся Деми, вспоминая истории о ранних успехах мамы и ее непреходящий интерес к театральным затеям молодежи.
– Я, конечно. Да и как иначе – ты еще говорить не умел, а я с тобой уже разыгрывала «Деток в лесу», а Джози с колыбели обучала стишкам из «Сказок матушки Гусыни». Да уж! Вкусы матери всегда проявляются в детях, и ей приходится вопреки себе давать отпрыскам волю. – Миссис Мэг рассмеялась, качая головой: семейство Марч и в самом деле обладало склонностью к театру.
– Разве иметь в семье известную актрису хуже, чем писательницу, священника или именитого издателя? Мы не выбираем себе таланты, но не стоит их скрывать лишь потому, что они не отвечают нашим ожиданиям. Скажу так: пусть Джози решает сама и проявит себя. Я о ней позабочусь, ну а ты, ручаюсь, не откажешься поправить ей оборки и полюбоваться, как она блистает в свете рампы, где когда-то мечтала стоять и ты. Ну же, мама! Расправь плечи и смирись с неизбежным – все равно твои своевольные детки «со своей дорожки не свернут», как говорят шотландцы!
– Видимо, придется, «а там как Богу будет угодно» – так говаривала мама, когда приходилось что-то решать вслепую. Конечно, не откажусь – только бы судьба не обошлась жестоко с моей девочкой, не разочаровала ее, когда уже поздно что-то менять, ибо трудно оставить прелести актерской профессии. Я это испытала на себе – если бы не встретила твоего дорогого отца, боюсь, стала бы актрисой вопреки тете Марч и нашим прославленным предкам.
