Том и его Дора мирно шагали в сторону алтаря: Бэнгс-отец до того боялся, что сын бросится изучать какую-нибудь третью профессию, что с радостью благословил ранний брак, дабы удержать неугомонного Томаса на одном месте. Ну а сам Томас не мог больше жаловаться на дамское равнодушие: Дора оказалась преданной, любящей маленькой женушкой, и он даже перестал попадать в передряги – в общем, нашел путь к процветанию, особенно если учесть его деловую жилку.
– Поженимся осенью и поживем какое-то время с моим отцом. Он ведь не молодеет, мы с супругой должны за ним приглядывать. А потом переедем в собственный дом, – любил повторять он с важным видом, неизменно вызывая улыбки слушателей: собственный дом у Томми Бэнгса? Вот так дела!
Все понемногу налаживалось, и миссис Джо подумывала, что испытания этого года наконец подошли к концу, и тут – новое треволнение! После долгого перерыва от Дэна пришло сразу несколько открыток, где в строчке для адреса было указано: «Для передачи через М. Мейсон и т. д.». Через нее он мог получать долгожданные новости и сам передавал короткие послания – чтобы никто не тревожился из-за отсрочки в его планах. На последнем письме, сентябрьском, стояла надпись: «Монтана», – а в содержании оказалось только немногословное:
Если бы жирная черта под словом «счастлив» могла говорить, они бы поняли истинный смысл письма: Дэн вышел на свободу и тотчас отправился к желанному приволью. Столкнувшись случайно со старым знакомым, он, к восторгу последнего, согласился побыть у него на участке начальником; даже общество грубоватых шахтеров приносило удовольствие, а физический труд особенно радовал после тесной мастерской по производству щеток. Ему нравилось, вооружившись киркой, сражаться с камнем и почвой, покуда не выбьешься из сил – а случалось это быстро, ибо год заточения сказался на его крепком теле. Он жаждал вернуться домой, но неделю за неделей откладывал поездку – хотел избавиться от тюремного запаха и загнанного выражения на лице. Тем временем он подружился с мастерами и простыми рабочими и, поскольку никто не знал о его прошлом, вновь с радостью и признательностью занял свое место в жизни, на сей раз без гордыни и с одним только планом на будущее – творить добро и перечеркнуть былые ошибки.
Однажды промозглым октябрьским днем миссис Джо решила разобрать свой письменный стол, ибо за окном шел дождь, а в доме царил покой. Наткнувшись на послания от Дэна, она призадумалась, аккуратно убрала их в ящик с надписью «Письма мальчиков», а про себя сказала, отправив в мусорную корзину одиннадцать просьб дать автограф: «Пора бы еще одну открытку получить – если он, конечно, не собирается приехать и рассказать обо всем сам. Интересно знать, чем он занимался весь год и как у него теперь дела».
Уже в следующий час последнее желание сбылось: в комнату ворвался взволнованный Тед с газетой в одной руке и сломанным зонтиком в другой. Он выпалил, задыхаясь:
– Обвал… Двадцать человек застряло… Никак не выбраться… Жены рыдали… Вода поднималась… Дэн хорошо знал старую шахту… Рисковал жизнью… Всех вызволил… Большинство погибли… Во всех газетах… Так и думал, что он станет героем! Ура старине Дэну!
– Что? Где? Когда? Кто? Не вопи, дай почитать! – велела изумленная мать.
Тед, постоянно перебивая, отдал ей газету и позволил все прочесть самой, а после в комнату вбежал и Роб – ему тоже не терпелось послушать. Ничего особенного в истории не было, однако храбрость и самопожертвование всегда трогают добрые сердца и вызывают восхищение, поэтому событие расписали в красках и с большим воодушевлением, а имя Дэниела Кина – храбреца, который рискнул жизнью ради других, – у многих не сходило с уст. Друзья светились от гордости, читая о своем Дэне: он один посреди ужаса и паники вспомнил, что в шахту ведет старая штольня – заколоченная, но все же спастись можно было только через нее, прежде чем всех затопит вода, – он спустился один и проверил сначала, свободен ли путь; он услышал отчаянную борьбу за жизнь по другую сторону, с помощью стуков и окликов указал им направление в нужное место, а потом возглавил спасательный отряд и, как настоящий герой, успел всех вывести. Его поднимали последним, изношенный канат порвался, и Дэн упал с большой высоты – он сильно пострадал, но остался жив. Благодарные женщины целовали покрытое синяками лицо и окровавленные ладони, мужчины унесли спасителя на руках, а владельцы шахты пообещали щедрую награду – если только выживет!
