— Что «ой»? — переспросил он, пихнув меня локтем, пока мы шли дальше.
— Я просто не знала, что ты…
— Янгблод! — крикнул ещё один член команды.
Эллиот кивнул ему. А затем посмотрел на меня.
— Что я что?
— Дружишь с этими.
— С этими?
— Не прикидывайся, — ответила я, направляясь к своему шкафчику. — Он дружит со Скотти, а тот — с Пресли. И не ты ли занял место квотербэка вместо Скотти? Почему они не испытывают к тебе ненависти?
Эллиот пожал плечами.
— Думаю, им нравится побеждать. Я хорош, Кэтрин. Ну, то есть… — Эллиот, казалось, готов был замолчать, но решил всё же высказаться. — Ладно, скажу честно. Я очень хорош. Меня называют одним из лучших квотербэков штата.
— Ого! Это… это круто, Эллиот, — заметила я, продолжая идти.
— Не слишком-то обольщайся, — он ткнул меня локтем в бок.
Пока мы дошли до бардовых шкафчиков, товарищи по команде окликнули его по фамилии не менее полудюжины раз. Остановившись перед шкафчиком с номером 347, я набрала код на чёрном замочке и потянула дверцу на себя. Я зарычала. Дверца опять застряла, как всегда бывало. Эллиот смотрел, как я её дёргаю, а затем встал позади меня. Я чувствовала жар его тела сквозь свою и его футболку. Его рука проскользнула над моим плечом, взялась за ручку и дёрнула дверцу. Замок открылся и дверца распахнулась.
Он наклонился, чтобы шепнуть мне на ухо:
— Мой шкафчик тоже вечно заедает. Тут требуется упорство.
— Тебе не привыкать, — я ощущала каждый свой мускул, каждое своё движение, свою позу. Я казалось себе такой неловкой, пока выгружала учебники из рюкзака в шкафчик, повесив свой рюкзак на крючок внутри. Мне пришлось встать на цыпочки, чтобы дотянуться. — Что это у тебя за маленькая красная сумка?
— Ой, — выдохнул он, глядя вниз. — Это моя камера. Она незаметная.
— Слава богу, я умею хранить секреты, — сказала я, ухмыляясь.
Эллиот весело смотрел на меня.
— Тебе стоит сходить на вечернюю тренировку.
— Сегодня? Нет, — ответила я, мотая головой.
— Почему?
Я задумалась на секунду, растерявшись. Мне не с кем будет сесть. Я не пойму, куда садиться. Есть ли на трибуне сектор для учащихся? Есть ли плата за вход? Я злилась на себя за подобное малодушие. Я имело дело с куда более пугающими вещами, чем неловкие социальные ситуации.
— Пожалуйста, приходи, — попросил он, глядя на меня сверху.
Я жевала губы, обдумывая, почему я могу или не могу пойти. Эллиот терпеливо ждал, будто звонок не прозвенит с минуты на минуту.
— Я подумаю об этом, — наконец ответила я.
Зазвенел звонок, но Эллиот его не замечал.
— Правда?
Я кивнула и слегка подтолкнула его.
— Тебе пора на занятия.
— Ты первая, — сказал он, идя задом наперёд и улыбаясь, как дурак.
Я собрала вещи и закрыла шкафчик, задержавшись на Эллиоте взглядом, прежде чем направиться на следующий урок.
Я не поднимала глаза на мистера Симонса, пока шла к своему месту. Он замолк на пару секунд, но решил не привлекать ко мне внимания, так что я тихо и с облегчением уселась на своё место.
Мистер Симонс с привычным воодушевлением вёл занятие по психологии, но я не слушала его, пытаясь решить, стоит ли мне пойти на вечернюю тренировку как обычному ученику старшей школы, или же стоит пойти домой, как велит долг. Я не знала, кто мог заселиться в течение дня — если кто-то вообще заехал — но всё равно мысленно составляла списки того, что нужно сделать после школы, и что из этого может подождать.
Стирка.
Надраить ванны.
Ужин.
Что, если я пойду на тренировку, а Поппи окажется в «Джунипер» одна, или хуже — если Имоджен всё ещё там, дуется и злится, что я не пришла домой в положенное время? Тогда неизбежно появится дядя Тод. Прибытие Имоджен красноречиво указывало на это. Я закрыла глаза, представляя ярость дяди или гнев отца Поппи по поводу моего опоздания. Чем больше я об этом думала, тем более подавленной становилась. Доводы «против» многократно перевешивали доводы «за». Зазвенел звонок, напугав меня.
Я поплелась обратно к своему шкафчику. Прежде чем я успела его открыть, знакомая бронзовая рука проскользнула над моим плечом и дёрнула за ручку. Я пыталась сдержать улыбку, и посмотрев вверх на Эллиота, я заметила на его губах прежнюю заразительную ухмылку.
— Ну как, подумала?
— Во сколько начинается игра? — спросила я.
— Сразу после занятий, — ответил Эллиот, протягивая мне связку ключей. — Если тебе нужно заехать домой, можешь взять мою машину. Просто поставь её потом на место. У меня не останется сил, чтобы идти домой пешком.
— У меня нет водительских прав, — покачала я головой.
— Серьёзно? — он поморщился.
— Отец не успел… до того как он… Я так и не научилась.
Эллиот понимающе кивнул.
— Ладно. Мы поработаем над этим. Итак… Вечерняя тренировка?
— Извини. Я не могу пойти, — пробормотала я, опустив глаза.
Мистер Мэйсон проверял свой телефон, пятна пота украшали подмышки его потрёпанной белой футболки. Он стёр пот с бровей платком.
— Господь милосердный, когда же наконец похолодает?
— В аду не бывает похолоданий, мистер Мэйсон, — проворчала Минка.
