Последние игры Эллиота были выездными, но в семь тридцать будет домашняя игра против «Blackwell Maroons». Обе команды вели беспроигрышную серию, на этой неделе Эллиот мне все уши прожужжал про это, а также про стипендию, которую он может получить. Впервые обучение в колледже казалось ему реальным, отчего его футбольные победы приобрели ещё большее значение. Домашняя игра означала, что мы сможем отпраздновать вместе, и Эллиот не мог сдержать восторга.
Один за другим учащиеся сдавали свои тесты. Эллиот был одним из последних, протянув свой тест мистеру Мэйсону прямо перед тем, как прозвенел звонок.
Я собрала вещи, задержавшись в классе вместе с Эллиотом. Вместе мы прошли к моему шкафчику и он подождал, пока я возилась с дверцей. На этот раз я сама её открыла.
— Домашняя работа? — спросил Эллиот, чмокнув меня в щёчку.
— В кои-то веки нет.
— Думаешь… ты бы хотела куда-нибудь сходить со мной после игры?
— Я неуютно себя чувствую на вечеринках, — помотала я головой.
— Я не про вечеринку. Это… это важный вечер. Моя мать приедет, и после игры будет огромный ужин. Будут все мои любимые лакомства.
— И черничный бисквит?
— Да, — он взволнованно кивнул. — И… я подумал, может, твоя мама тоже могла бы прийти.
— Это невозможно. Прости, — я повернула голову, глядя на него искоса.
— Не надо извиняться. Но я, вроде как, рассказал своей матери о тебе, и она очень хотела бы познакомиться с тобой и… твоей мамой.
Я уставилась на него, чувствуя, как оглушительно бьётся моё сердце.
— Ты уже сказал ей, что она придёт? Эллиот…
— Нет, я не говорил, что она придёт. Я сказал, что спрошу. И ещё я сказал, что твоей матери нездоровится.
Я с облегчением прикрыла глаза.
— Хорошо, — вздохнула я. — Ладно, тогда будем придерживаться этой версии.
— Кэтрин…
— Нет, — отрезала я, закрывая шкафчик.
— Твоей матери у нас понравится.
— Я сказала нет.
Эллиот нахмурился, но когда я двинулась по коридору в направлении двойных дверей, ведущих на парковку, он последовал за мной.
Дождь прекратился, стоило нам пройти пару шагов к «крайслеру» Эллиота. Чистый запах прошедшего шторма словно заряжал учащихся энергией, хотя они и так были как на иголках. С последней домашней игры прошло уже несколько недель и все ощущали повисшее в воздухе напряжение. Постеры фан-клуба свисали с потолка, пестря фразами вроде «Разбейте Блэкуэлл» и «Прикончите придурков[7]», футболисты щеголяли в футболках команды, девушки из группы поддержки тоже ходили в форме, так что студенты в холле казались сине-белым морем.
Эллиот ладонью стёр капли дождя с капота. Я прикоснулась к кобальтово-синему номеру «семь» на его белой футболке в сетку и взглянула на него.
— Мне жаль, если это тебя расстраивает. Я же предупреждала.
— Знаю, — ответил он, прикоснувшись губами к моему лбу.
Сквозь двойные двери хлынула очередная толпа студентов. Двигатели машин ревели, раздавались гудки. Скотти и Коннор наворачивали круги в дальнем конце парковки.
Машина Пресли была припаркована на четыре места дальше от Эллиота, и она прошла мимо нас с улыбкой.
— Эллиот, — позвала она. — Спасибо за помощь прошлым вечером.
Эллиот нахмурился, отмахнувшись от неё, а затем сунул руки в карманы.
Мне потребовалось время, чтобы интерпретировать её слова, но я так и не поняла, что она имела в виду.
Эллиот не стал дожидаться расспросов:
— Она эм… прислала сообщение с просьбой помочь разобраться с учебным пособием Мэйсона.
Он открыл водительскую дверцу и я скользнула внутрь, постепенно закипая от гнева. То, что Пресли было известно об Эллиоте то, чего я не знала, необъяснимо расстраивало меня и моё тело реагировало странно.
Он сел рядом со мной и протянул мне свой телефон, показывая их переписку. Я едва взглянула на экран, не желая казаться столь же жалкой, сколь чувствовала себя.
— Послушай, — сказал он. — Я подсказал ей ответы, только и всего.
— Ладно, — кивнула я.
Эллиот завёл машину.
— Ты же знаешь, что она мне неинтересна. Она ужасна, Кэтрин.
Я сердито ковыряла ногти. Он продолжил:
— Да ни в жизни. Ты же понимаешь, что она написала мне, только чтобы был повод поблагодарить меня на глазах у тебя сегодня.
— Мне всё равно.
— Не говори так, — нахмурился он.
— А как надо?
— Скажи, что тебе не всё равно.
Я уставилась в окно, Эллиот сдал назад и выехал с парковки. Тренер Пекхам стоял возле своего фургона рядом со стадионом, а рядом была миссис Мэйсон. Она откинула волосы через плечо, улыбаясь во всё лицо.
Эллиот посигналил, и они тут же приняли серьёзный вид, помахав нам. Я не понимала, почему миссис Мэйсон с таким рвением пытается оставить позади своего мужа из захолустного городка и их брак, только чтобы снова наступить на те же грабли. Тренер Пекхам был разведён дважды — его второй женой была бывшая ученица, закончившая школу всего четыре года назад. А миссис Мэйсон держится с ним так, словно урвала самого завидного холостяка в городе.
