Буйволы оказались не только вполне подходящим, но и успокаивающим средством, и в своем стремлении развлечь беднягу Бет забыла себя и совершенно не замечала удивления и удовольствия, более того – восхищения сестер, наблюдавших необычайное зрелище – Бет, самозабвенно болтающую с одним из «ужасных мальчишек», от которых сама просила защиты.
– Да благословит Небо ее сердечко! – промолвила Джо. – Ей жаль мальчика, и она старается быть к нему подобрее! – И Джо с крокетной площадки послала сияющую улыбку младшей сестре.
– Я всегда говорила – Бет у нас маленькая святая, – заявила Мег таким тоном, словно сомнений в этом и быть не могло.
– А я уже очень давно не слышала, чтобы наш Фрэнк столько смеялся, – сказала Грейс Эми – они сидели неподалеку, беседуя о куклах и делая чайные сервизы из желудевых чашечек.
– Моя сестрица бывает очень привередлива, когда ей хочется такою быть, – сказала Эми, очень довольная успехом Бет. Она хотела сказать «привлекательна», но так как Грейс, по малости лет, еще не очень точно знала значение слова «привередлива», оно показалось ей весьма звучным и произвело хорошее впечатление.
Цирковой экспромт, шашечная игра «Волки и овцы» и товарищеский матч на крокетной площадке завершили светлую часть этого дня. К закату палатки были сняты, корзины уложены, воротца вытащены из дерна, лодки нагружены, и вся компания поплыла вниз по течению, распевая во всю мощь юных голосов. Нед, расчувствовавшись, пропел сентиментальную серенаду с печальным припевом:
и на строках:
он взглянул на Мег, сделав такое несчастное лицо, что она неудержимо расхохоталась и испортила ему серенаду.
– Как можете вы быть так жестоки ко мне? – прошептал Нед, пользуясь прикрытием оживленного хора других голосов. – Вы не отходили от этой перекрахмаленной англичанки целый день, а теперь вы надо мною смеетесь.
– Я, право же, не хотела, но у вас был такой забавный вид! Я просто не смогла удержаться, – отвечала Мег, пропустив мимо ушей первую часть упрека, так как она действительно старалась держаться от Неда подальше, вспоминая званый вечер у Моффатов и разговор после него.
Нед обиделся и обратился ради утешения к Сэлли, сказав ей довольно раздраженным тоном:
– В этой девице нет ни капли кокетства, не правда ли?
– Ни капельки, но она просто прелесть! – откликнулась Сэлли, встав на защиту подруги, но все же признавая ее недостатки.
– Ну, во всяком случае, она вовсе не трепетный олень, – произнес Нед, пытаясь неумело сострить и тем не менее преуспев, как это обычно бывает с очень юными джентльменами.
На лужайке перед большим домом, где они собирались утром, члены маленькой компании распрощались, сердечно пожелав друг другу спокойной ночи, всего хорошего и счастливого пути, ибо Воуны уезжали в Канаду. Когда четыре сестры уходили домой через сад, мисс Кейт взглянула им вслед и сказала, позабыв свой обычный снисходительный тон:
– Американские девушки, несмотря на их экспансивность, все же очень милы, когда с ними поближе познакомишься.
– Совершенно с вами согласен, – поддержал ее мистер Брук.
Однажды, прекрасным теплым сентябрьским днем, Лори роскошествовал, покачиваясь туда-сюда в гамаке и подумывая о том, что делается у его соседей, но его слишком одолевала лень, так что он не мог пойти и выяснить это. Настроение у него было хуже некуда. День получился бесполезным и неудовлетворительным, и жаль было, что нельзя прожить его снова – совсем иначе. Жара побудила Лори быть праздным, он пренебрег занятиями, истощил до предела терпение мистера Брука, рассердил дедушку бесконечными фортепьянными экзерсисами, перепугал служанок чуть не до смерти, намекнув, что одна из его собак – на грани бешенства, и, обменявшись нелицеприятными замечаниями с конюхом из-за примерещившегося ему небрежения последнего к его лошади, сей юный джентльмен бросился в любимый гамак, продолжая кипеть по поводу тупости всего окружающего мира в целом, пока умиротворенность прекрасного дня, вопреки ему самому, не привела в порядок его растрепанные чувства. Неотрывно глядя в зеленую мглу простертых над ним каштановых крон, он грезил наяву, и в голове его рождались самые разные мечты. Он как раз представлял себе, что его качает на волнах океан, по которому он теперь совершает кругосветное плавание, когда до него донеслись голоса, во мгновение ока заставившие его сойти на берег. Глянув сквозь сетку гамака, он увидел девиц Марч, как будто бы отправлявшихся в некую экспедицию.
