Костя с жадностью наблюдал, как Вася отрывает от своего бутерброда с колбасой куски и бросает их подпрыгивающему на задних лапах от нетерпения псу-дворняге, который с незапамятных времен прибился к беломорской биостанции.
Костя, Вася и пес по кличке Рыжий находились на крыльце невзрачного деревянного домика. На время полевых работ он был их пристанищем. Сам домик размещался на пригорке, вернее утесе, подножие которого омывали темные, холодные волны Белого моря. Открывающиеся виды поражали своей мрачной величественностью и какой-то загадочностью.
Костя приехал сюда впервые. Он был студен-том-старшекурсником, и ему предстояло набирать здесь материал для своей дипломной работы. От сотрудников биостанции и таких же, как он, студентов-дипломников Костя отличался крайней бедностью. Его родители были вечными неудачниками. В сущности, неплохими интеллигентными людьми, но пребывающими в постоянных фантазиях — синица в руках им была не нужна. Как следствие — частая смена работы и хроническое отсутствие денег в семье.
Костя прибыл на биостанцию без съестных припасов. После покупки железнодорожных билетов Ленинград — Чупа денег почти не осталось. Вот почему, постоянно голодный, он с такой завистью смотрел сейчас на рыжего пса, поглощавшего часть бутерброда, который ему достался от Васи-бота-ника. Васю все обитатели биостанции называли не просто по имени, а обязательно прибавляя слово «ботаник». Повелось это, видимо, из глубокого уважения к нему. По своей профессии он действительно был ботаником, но дело не только в этом. В свое время Вася очень точно определился со своей будущей профессией. В отличие от многих сокурсников и коллег, он оказался прирожденным биологом, точнее родился им. Будучи еще молодым — а ему не исполнилось еще и тридцати, — Вася делал колоссальные успехи. Легко защитил кандидатскую диссертацию, которую некоторые члены Ученого совета оценивали в качестве полноценной докторской, составил атлас растений Северо-Запада России, перед которым специалисты снимали шляпу, и многое другое в том же духе. Причем делал он все это легко и непринужденно. Главное же заключалось в том, что Вася и растения составляли одно целое. Он чувствовал все тонкости их бытия и жил с ними одной жизнью.
На Белом море он подрядился за неплохие деньги выполнить государственный заказ по описанию местной прибрежной флоры.
Помимо своих несомненных достоинств ученого, Вася как человек обладал двумя особенностями. Он был необыкновенно скуп и любил поучать других, как жить правильно. Ни разу во время их совместного проживания в полевом домике он ничем не угостил вечно голодного Костю. Зато всегда был щедр на нотации, подмечая малейшие огрехи в его работе и поведении. Вот почему Костя был поражен, наблюдая, как Вася легко, без переживаний делится своими съестными припасами с никчемной дворнягой. Он хотел было спросить, но неприступный вид ботаника гасил всякое любопытство. До поры эта загадка так и оставалась загадкой.
Несмотря на то что объекты для своей дипломной работы Костя собирал в море, ему не давала покоя репутация Васи. Он страшно хотел посмотреть, что делает и как работает в полевых условиях настоящий ботаник. Поэтому однажды вечером он обратился к нему:
— Василий Николаевич, последние два дня штормит, и дальше прогноз — дрянь. Мне за материалом поехать на лодке не светит. А вы, как я вижу, собираетесь в очередной поход. Я хоть и не ботаник, но мне очень бы хотелось посмотреть, как работают настоящие ученые. Не возьмете с собой, я мешать не буду, а если понадобится — помогу.
Вася оценивающе посмотрел на Костю.
— А ходить быстро умеешь? Нам по густому лесу долго идти придется, чтобы до нужного места на берегу добраться, где я материал собираю и описываю. Через буреломы пойдем — ныть не будешь, обратно не повернешь?
— Не, я выносливый. Вечером подзаправлюсь как следует. Я вчера с берега трески на блесну наловил, тетя Валя — наша повариха — обещала знатную уху приготовить.
Вася усмехнулся.
— Хорошо, возьму. Хоть кто-то чем-то интересуется! Но учти: выходим рано, в пять утра, иначе до ночи не управимся.
Ни свет ни заря они углубились в лесную чащу. Костя сразу обратил внимание на то, что на одном
плече Васи находился большой кожаный мешок, в который он укладывал выкопанные растения, а на другом висело охотничье ружье. Последнее обстоятельство его очень удивило, поскольку он твердо знал, что ни один уважающий себя биолог никогда охотиться не будет — все живое для него свято. А кроме того, любого охотника, кем бы он ни был — академиком или министром, — тут же бы выгнали с биостанции. Костю также удивило, что к их компании сразу присоединился пес Рыжий. Он будто ждал этого похода. Вася вроде его даже и не звал. А Рыжий, перепрыгивая через корни и поваленные стволы, с азартом весело носился между ними.
Путь оказался действительно тяжелым. Костя, хоть и шел налегке, устал и взмок. Он мечтал о привале, но двужильный Вася упрямо двигался к только ему ведомому району на отдаленном от биостанции берегу Белого моря.
