— Я у этого дохляка из дачи напротив бывал. Спит, сволочь, в огромной комнате. Один спит. Потолки за три метра. Над ним люстра, если окно открыто, ветерок дует, хрусталики клац-клац, так и позвякивают. А по утрам бабульки этому Сергуньке чуть ли не в кровать манную кашу подают. «Тебе, внучок, чаек послаще или как?» Во житуха!
— Да шо об этих академиках, с наше бы пожили, бездельники хреновы! — Михаил плюнул себе под ноги и опрокинул внутрь стакан водки.
Перед Сережей, как всегда, расстилалось пустынное шоссе. Полчаса спустя, шурша по желтому гравию, проехала машина, еще через полчаса — другая. Время будто остановилось под хмурым северным небом. Все застыло внутри у Сергея. Давно застыло. Он не знал, как вырваться из этого порочного круга. Как сделать так, чтобы к нему стали относиться как к равному. Чтобы он мог играть со всеми и не бояться чьей-либо внезапной подлости, чтобы бабушки перестали замазывать зеленкой и йодом на нем ссадины и синяки. Чтобы он, наконец, сам, если что, смог бы так врезать обидчику! Мечты, мечты… Даже подросток со своим еще не до конца развитым умишкой нутром чуял: не сбыться им.
Вдруг слева, вдалеке послышался шум мотора. С каждой минутой он становился все явственнее. Еще через мгновение из-за поворота вынырнул старенький «москвич». Сережа ни тогда, ни потом не мог дать отчет в своих действиях. Внезапно он соскочил с велосипеда, подбежал к обочине дороги, схватил булыжник и, когда машина поравнялась с ним, со всей силы швырнул его в боковую дверцу.
Визга тормозов он уже не слышал. Сергей юркнул в калитку, перескочил через велосипед и со всех ног помчался в сторону дачи — единственного своего убежища. Он продвигался огромными скачками, как преследуемое животное. Проскочил дом и скрылся в глубоком овраге. Долго, в полном оцепенении он просидел рядом с трухлявым пнем. Все это время его заполняли страх, пустота и еще какое-то мстительное чувство пусть нелепой, пусть гадкой, но все же победы над собой: «Я смог на что-то решиться». Страх, однако, преобладал над всем остальным: «Вызовут милицию, составят протокол, бабушек заставят платить за ремонт машины, а меня сдадут в колонию для несовершеннолетних».
Под вечер, наполненный отчаянием и самыми мрачными предчувствиями, он начал потихоньку вылезать из оврага. С опущенной головой, еле передвигая ноги, Сережа подошел к крыльцу дачи.
— Ты где пропадал? Знаешь, как мы беспокоились, еще немного, и пошли бы искать! Тебя что, опять били?
Сергей ничего не понимал. Почему бабушка сразу не набросилась на него из-за камня и машины?
— Нет, не били.
— Проголодался, наверное, пойдем скорее. Мы с бабой Наташей тебе таких котлет наготовили, такой бульон с клецками, как ты любишь!
— Баб, Катя, а…
— Что Сергунька, что тебя мучает, ну давай выкладывай.
— Да я так, я ничего. Баб Катя, а меня никто не спрашивал?
Бабушка долго и задумчиво смотрела на него.
— Никто, пойдем обедать.
После обеда, озираясь по сторонам, крадучись, Сережа подошел к калитке. Он решил, что за то, что он сделал, они забрали велосипед, а к бабушкам не пошли.
Около калитки на боку лежал нетронутый велосипед.
Поразительно, но даже в наш прагматичный век по матушке Земле бродят полчища наивных людей. Жить в построенном своими руками красивом ларце, в котором бушуют сказочные фантазии, — это ли не удовольствие? Очень часто такие люди причисляют себя к отпетым реалистам, и никто не способен убедить их, что они заблуждаются. Никто, кроме самой жизни. Правда, прозрение бывает иногда болезненным. Но вскоре все забывается, и потерпевший вновь становится очарованным странником.
У Сергея, как и у многих, было свое увлечение, если не сказать страсть. Тайна шахматной игры — вот что тревожило его ум. Работа, домашние дела — все отходило на задний план, как только он начинал думать о шахматах. Жизнь обычного человека мало таит в себе разнообразия. Назовите ее кругом, квадратом или как-нибудь еще, главное, что она замкнута: работа, дом, хозяйственные дела, мелкие ссоры, телевизор, сон. И так день за днем.
Если бы не шахматы, Сергея вряд ли бы угнетало такое положение вещей — рутина есть рутина. Однако тайная страсть диктовала свои условия. Тайком от родственников, экономя на обедах, он давно скупал шахматную литературу. А затем, когда по ночам, а когда и на работе продирался сквозь бесчисленные варианты, комбинации, позиции и бог знает через что еще. И вот наступил момент, когда он уже не мог оставаться в одиночестве. Он готов был лопнуть от полученных знаний и рвался в бой. Однако с партнерами оказалась просто беда — он не мог их нигде найти.
Сергей, наконец, решил поделиться своей проблемой со старым знакомым и попросить совета. Тот ответил как отрезал: «Сережа, ты что, идиот? Предлагаешь переставлять деревянные фигурки, теряя драгоценное время! Оглянись, сейчас все торопятся деньги делать. Может, и найдешь какого-нибудь полоумного пенсионера на скамеечке в парке, да и то вряд ли. Пенсионеры нынче бутылки собирают, им некогда. Очнись, Капабланка!»
