Что же до Питри, в то время пока его внучатая племянница Люси Голдинг превращалась в негритянку, в это время Уильям Питри признавался во всем мире как самый известный археолог-египтолог, благодаря исследованиям которого удалось установить время существования микенской цивилизации. Питри дал обстоятельное научное описание гробницы Аменемхета III в Хаваре. Обнаружил стелу Мернептаха — первый исторический документ, в котором впервые упоминается Израиль. Питри стоял у истоков Британской школы археологии, стал первым профессором-египтологом в Великобритании. Он написал книгу «Методы и цели археологии», в которой изложил свои теоретические воззрения. Он открыл гробницы древнейших фараонов в Абидосе, энеолитические могильники в Негаде и руины дворца Эхнатона в Амарне. А в 1912 году обнаружил на Синайском полуострове памятники протосемитской письменности. В 1923 году Питри был пожалован в рыцари-бакалавры, при этом он до сих пор преподавал и не пропустил ни одного сезона раскопок.
Но вот теперь, когда с одной стороны на его попечении оказалась внучатая племянница, рядом с которой происходили плохо объяснимые «чудеса», с другой стороны, кто-то посмел вломиться в его кабинет и выкрал из сейфа некоторые документы — теперь, когда он стоял на пороге величайшего в своей жизни открытия, чувствуя, как земля горит под ногами и молодые коллеги пытаются отгадать его планы и первыми захапать всю славу, Питри впервые оказался перед непростым выбором: плюнуть на все и заниматься своим делом или пропустить сезон и заодно упустить, быть может, самую выдающуюся в своей жизни находку или остаться и разобраться в происходящем.
Ятром ее разбудил стук в дверь, спозаранку Хельга заявилась кормить леди Кристал, Люси же было велено отправляться на кухню и обслуживать себя самостоятельно. Днем старый дом уже не казался зловещим, и ночное происшествие не будоражило с такой силой воображение девочки.
Проходя мимо Хельги, суетившейся возле постели больной, Люси бросила взгляд на поднос. Там стояли тарелка жидкой каши, пара вареных яиц, маленькая масленка и похожая на розочку булочка. Чашка с чаем уже заняла свое привычное место на столе.
Поблагодарив старуху, Люси отправилась на кухню и с аппетитом поела. Поджидая Хельгу, она продолжала обдумывать свое положение. Можно, конечно, взять немного хлеба и уйти прямо сейчас, не дожидаясь доктора Спайса. Наверняка кто-нибудь сможет объяснить ей, как добраться до Бейкер-стрит.
Люси уже совсем решила сбежать, но что-то не давало ей это сделать. Словно она собиралась совершить что-то постыдное или даже преступное, то, о чем она потом пожалеет. Люси задумалась, ее не пугал уход из дома в полную неизвестность. Дома она привыкла много гулять, да и время было раннее, не пугало ее и то, что она может разминуться с доктором Спайсом. На самом деле ее мучило другое, и тут она явственно вспомнила, как из комнаты хозяйки выскочила черная тень. Горло мгновенно сжало дурное предчувствие, что бы это ни было — привидение самоубийцы или злоумышленник, пробравшийся в комнату к больной — как она может бросить беззащитную женщину в доме, где ей, судя по всему, грозит опасность?!
Конечно, Люси не считала, что сможет справиться с самым настоящим привидением, но ведь один раз тень уже бежала, заслышав ее приближение. Люси представила бледное лицо леди Кристал — совсем одна в большом доме, а что, если больная все чувствует, но не может пошевелиться? Знает, что ей угрожает опасность, но не в силах отвести удар или хотя бы позвать на помощь. Мужа целый день нет дома, старая Хельга будет спокойно возиться на кухне или отлучится на базар, а тут еще и она, Люси, принятая на должность сиделки, покинет страдалицу.
Люси покружила по кухне, обнаружила чулан со швабрами и, взяв рабочие перчатки, ведро и тряпки направилась в комнату леди Кристал.
— Что это ты задумала? — преградила ей путь старуха.
— В комнате, где лежит больной, должны быть чистота и свежий воздух, — наставительно процитировала Люси, удивляясь тому, как вдруг окреп ее голос, какая в нем прозвучала непреклонная сила и уверенность.
— А я что же, не убираюсь? Цельный день, не разгибаясь, только и тру, скребу, а еще готовлю и на базар хожу, — попыталась усовестить ее Хельга. Крепкими узловатыми пальцами она ухватилась за швабру, желая вырвать ее из рук девочки.
— Вот поэтому я и не прошу вас убираться в комнате леди Кристал. — Люси дернула швабру на себя. — Конечно, будь в доме другая прислуга, я бы уже заставила ее работать, но, если тут только вы и я, предпочитаю решать проблемы самостоятельно. — Она наконец отвоевала швабру и теперь прошла мимо не ожидающей такой отповеди старухи, высоко задрав нос. — И попрошу не беспокоить нас в течение… — она на секунду задумалась, — ближайших сорока пяти минут. Я извещу вас, когда высохнет пол и можно будет посетить леди Кристал.
