– Ты понимаешь, что избавление от части этой паранойи было бы одним из способов отомстить Еве? Мне кажется, она хотела, чтобы ты была на взводе. Она хотела, чтобы ты была одна в этом мире. Ты фактически позволяешь ей контролировать себя.
– Тебе легко говорить.
– Не совсем.
Я допила остатки пива и бросила опустевшую банку в раковину. Собачьи галеты в виде косточек лежали в шкафчике рядом с пачкой арахисового масла и банками супа «Кэмпбеллс», и я достала одну косточку для Мики.
– А что насчет тебя, Джет? Какова твоя история? В твоем детстве не было «самой дорогой мамочки»?
Я протянула угощение собаке. Та медленно подалась вперед и в конце концов забрала его из моих пальцев с осторожной нежностью.
Казалось, Джета слегка позабавил мой вопрос. Допив свое пиво, он бросил банку рядом с моей и сказал:
– Растраченная впустую молодость. Мне потребовалось некоторое время, чтобы найти свой путь, но в конце концов я это сделал.
– Что конкретно это означает – растраченная впустую?
– Ну а как это обычно бывает?
– Воровство? Нарушение комендантского часа? Несовершеннолетние пьянки?
Джет взглянул на часы.
– У тебя осталось тридцать минут моего времени, затем я должен закончить стол, который обещал женщине в Санта-Фе. Джет выполняет свои обязательства. Так как насчет тех коробок?
– Ты такой же хитрый, как твоя собака.
– И примерно так же люблю людей. Пошли.
Я последовала за Джетом наружу и спустилась в подвал. Он приказал Мике оставаться наверху, и она присела у дверей Bilco, наблюдая за нами. Убранный подвал не стал казаться более уютным. Скорее даже выглядел еще более жутким – воздух тяжелый, тесное пространство, вызывающее клаустрофобию.
– Ненавижу это место, – фыркнула я. – А ты? – Я обхватила себя руками за плечи. – Как только он опустеет, я буду счастлива никогда не спускаться вниз.
Джет похлопал по стенам.
– Тебе повезло, что у тебя вообще есть подвал. В большинстве здешних домов его нет. – Он посмотрел на стропила над головой. – Этот был модернизирован.
Я проследила за его взглядом.
– Зачем кому-то это делать?
Он снова похлопал по шлакоблоку, затем указал на земляной пол.
– Дом довольно старый, вероятно, девяноста или около того лет. Я думаю, что какой-то выходец с Востока – вероятно, медик или миссионер – переехал сюда и захотел иметь подвал, поэтому и выкопал его под домом.
– Откуда ты знаешь, что его не было изначально?
– Во-первых, конструкция отличается. Шлакоблоки – более новый материал. Во-вторых, я уверен, что площадь подвала у`же, чем площадь дома.
Я поняла, что он имел в виду.
– Похоже, разница составляет добрый фут или больше.
– Как минимум.
Я сидела на коленях у ящиков, потом встала и отряхнула штаны.
– Что ты знаешь об этом доме? О его истории?
– Я же сказал тебе: практически ничего, правда. Скорее всего, он был построен в начале двадцатых годов. Оливер должен знать больше. Он живет на этой улице как минимум сорок лет.
– Он не хочет со мной разговаривать. Я попыталась зайти, но он захлопнул дверь у меня перед носом.
У Джета хватило порядочности выглядеть смущенным.
– В конце концов он потеплеет к тебе.
– Правда? Не уверена. Расскажи мне о нем.
Джет потер лицо руками.
– Черт возьми, если б я хоть что-то знал. Он и его брат обосновались здесь. Они мало разговаривают, но они были добры ко мне. Присматривают за этим местом, дают мне кур и яйца, а иногда и мясо. – Он пожал плечами. – Большинство людей здесь странные, ты это наверняка заметила, я уверен. По крайней мере эти двое ведут себя по-соседски.
Я нахмурилась и потерла то место, куда меня ударили.
– Не уверена, что могу согласиться. Что он имеет против меня?
– Он не доверяет незнакомцам. У вас двоих есть что-то общее.
Однако я не собиралась так легко его отпускать.
– Когда-то и ты был незнакомцем. Тебя-то он принял.
Джет наклонился и поднял коробку.
– Я не могу отвечать за этого парня, Конни. Его первое общение с тобой состоялось, когда ты шныряла вокруг моего дома. Может быть, он затаил обиду.
– Или он ненавидит женщин?
Джет посмотрел в сторону открытых дверей Bilco и Мики, которая начала скулить.
– Пошли. Давай вынесем отсюда эти коробки.
– Ты не собираешься мне отвечать, не так ли? Оливер ненавидит женщин?
Джет начал подниматься по лестнице, затем обратился ко мне, будто и не слышал моего вопроса:
– Куда ты хочешь, чтобы я поставил коробки? Эта тяжелая.
– Снаружи, у входной двери.
Всего было три коробки – две побольше, одна маленькая. Я начала с самой большой. Она была плотно заклеена скотчем, и я медленно разрезала его. Я стояла снаружи, у машины, собираясь вывезти мусор в город. Как бы мне ни было любопытно содержимое коробок, я не хотела наткнуться на ядовитых насекомых внутри или чего-то столь же опасного.
