====== Эпилог. ======
Эрнест так и не от звонился. Я несколько раз сама пыталась до него дозвониться, но он почему-то не брал трубку и это настораживало. Ведь прежде он всегда брал трубку, если был в зоне действия сети. Набрала номер домашнего телефона, но опять же никто не ответил. Проведя у отца в больнице ровно час, после десятого звонка Эрну я поняла, что больше не выдержу и сказала маме, что еду домой. Нервы не на месте. Когда я уже села в такси и была в пути мне очень хотелось телепортироваться туда за секунду чтобы плохое предчувствие перестало терзать мою грудь. Сердце ужасно кололо и ныло словно у женщины, которой уже за восемьдесят. Мой страх усилился. Раньше такого никогда не было. Попросив остановиться у обочины дороги со стороны нашего дома я вышла из машины и не помня себя рванула к воротам. Было очень страшно. Но не из-за темноты, а из-за неизвестности, которая поджидала меня. Одно дело, когда ты в привычный для тебя будний день возвращаешься в одно и то же время с работы как всегда, и знаешь, что твои дети уже сделали уроки, они сыты и счастливы, смотрят мультики с отцом на диване и ждут тебя, а другое, когда ты ушла из дома, оставив этих детей одних в двухэтажном доме в котором когда-то побывала смерть, не знаешь вернулся ли муж с работы и встретили ли они его на пороге, не можешь дозвониться ни до мужа, ни до детей и вот подходишь к дому, в окнах которого не горит свет ни в одной комнате, и эти темнота и тишина сводят тебя с ума. Сегодня двадцать четвертое декабря. Рождество. Вся семья собирается вместе за большим столом и обменивается подарками. А в итоге мой отец угодил в больницу, мама поехала вместе с ним, сестра скорее всего будет праздновать со своими детьми и мужем у них дома в Чикаго. Только на Лукаса, Ричарда, Эрна и девочек вся надежда. Я поднялась на крыльцо дома и сжала дрожащей рукой ручку двери. Та очень легко распахнулась, так как была даже не заперта. ” Эрн и девочки никогда не оставляют дверь открытой. Хотя бы потому что Эрн – взрослый человек и знает, что на ночь дверь нужно запирать, а ключи есть только у меня и его отца. Гвин и Грейс я не раз говорила, чтоб когда оставались одни, закрывали на замок дверь потому как мало ли кому взбредет в голову заявиться на ночь глядя.” – сказала я себе. Как только я вошла, в нос мне ударил резкий запах бензина, словно я очутилась на заправке. Совершенно сбитая с толку я поднялась на второй этаж и вошла в спальню. Кровать оказалась пуста. Новая боль наполнила мою грудь. ” Так, спокойно. Не будь такой трусихой, Ама. Хватит придумывать небылицы! Возьми себя в руки и подумай как здравомыслящий человек. ” – велел мне мой внутренний голос и я принялась размышлять, но ничего, что поддавалось бы объяснению на ум не приходило. Света нет. В доме тихо. Кровать пуста. Гостиная воняет бензином. Входная дверь не заперта на ночь и совершенно очевидно, что в доме никого нет. Покинув спальню я сделала еще одну отчаянную попытку дозвониться до Эрна и спустившись на первый этаж услышала очень тихий рингтон на его телефоне. Он звучал из кухни и я уже было поспешила туда, но у первой же распахнутой настежь двери, остановилась. В комнате Грэйс было темно как в колодце так что я вошла, двигаясь совершенно вслепую. И вдруг обо что-то споткнулась. Услышала чавканье под сапогами, словно стояла в луже. И включив фонарик на телефоне посветила под ноги. Белые сапоги стояли не в воде, а в... КРОВИ!
В крови которая натекла с головы моей дочери Грэйс.
Я выпустила истеричный вопль и отшатнулась назад пока не ударилась спиной о стену рядом с дверью, едва не выпав в коридор. От испуга я не сразу заметила тело дочери в сидячем положении за ее столом. Я закричала с новой силой и не помня себя бросилась к обезглавленному телу, изо всех сил надеясь, что это лишь плод моего воображения. Но оно оказалось реальным. Кровавая шея, кофта, штаны. Абсолютно все! В левой руке сжата синяя ручка, но в открытой тетради в клетку написано отнюдь не чернилами: ” Я люблю дядюшку Мэйтланда.” Кривые буквы выведены кровью. Я закричала еще сильнее и выскочила из комнаты Грэйс, захлопнув за собой дверь. Крепко прижалась спиной к двери, рыдая в темном пустом коридоре, словно убегая от кого-то. Громко рыдая и визжа я билась в истерике. Со всех ног побежала по коридору в комнату Гвин, насколько позволяли мне каблуки и дрожащие ноги, однако Гвин в комнате не оказалось. Тогда я побежала на кухню, чтобы закрыться там, включить свет, налить из-под крана холодной воды, успокоиться хотя бы так чтобы можно было владеть своим голосом и вызвать полицию.
И вот я вбежала туда.
Дверь была полностью распахнута, но в кухне царила все та же тьма, что и во всем доме. Из-за пелены слез на глазах я не сразу различила во тьме силуэт лежащего на полу мужчины, а уж тем более рукоять топора, что врезался в его череп на лицевой стороне и тонул в крови.
