Естественно, был поднят тост за сегодняшнего победителя - лейтенанта Владимира Перелешина. Причём пили мы из крошечных рюмок не что-нибудь, а трофейный виски. Неполную бутылку выловили на месте трагедии и разлили по чуть-чуть, чтобы хватило всем. Собственно, по глоточку и досталось. Навеяло чем-то древним... когда-то, говорят, воины, одержавшие победу, пили кровь поверженного врага. Конечно, самогонка из пива это немного не то, однако аналогия в сознании возникает.
Должен признаться, что заговаривать со мной никто из офицеров не пытался, но смотрели дружелюбно и, я бы сказал, ухаживали за Вашим покорным слугой, как за дамой. Я, право, озадачился от столь подчёркнутого внимания. Поначалу думал, что это из-за того, что оценили по достоинству торпеды, но потом сообразил, что вряд ли. Потому что наши офицеры уже привыкли считать эти «снаряды» своими. Не без оснований, кстати - их трудами они бегут куда как скорее и чуток дальше, да и на курсе держатся более-менее прилично. Насколько я знаю человеческую натуру, не могли ни лейтенанты, ни мичман, даже случайно проговориться о том, кто их первым придумал. Тем более сговор между нами по этому поводу состоялся вполне определённый, а люди они надёжные. Я с ними в разведку ходил, в каждом уверен.
Что ещё любопытно - был тут лейтенант Рожественский. Точно помню, что в Русско-Японскую он эскадру вёл с Балтики на Тихий океан. А нынче на втором катере турка атаковал. Тут, на «Весте», катера, имён не носят, а различаются по номерам. В конце обеда Николай Михайлович - командир корабля спросил меня, как бы я порекомендовал поступить с пленными турками. Если возить их с собой, то надо кормить, отчего срок плавания заметно сократится. А везти их хоть в Севастополь, хоть в Одессу - так жалко уголь жечь. Опять же - время терять.
- Думаю, тех, кто постарше званием, стоит оставить себе, - рассудил я, - а нижних чинов имеет смысл быстренько высадить на турецкий берег. Они ведь изрядно напуганы, то есть являются мощным идеологическим оружием.
На это никто ничего не сказал. Не, ну я им оракул, что ли? В чём дело? Почему по данному поводу не развернута широкая дискуссия, столь характерная для круга просвещённых и лихомыслящих флотских офицеров? Если в книжках не врут.
Основной же разговор крутился вокруг событий сегодняшнего боя. Слушая сотрапезников, я узнал, что убегающий корабль и преследующий его турецкий состояли в длительной безрезультатной перестрелке. «Фетх-и Бюленд» пытался выйти «Весте» на траверз, чтобы обрушить на неё всю мощь своего бортового залпа, но преимущество в скорости у него для этого было недостаточным - Баранов несколько раз менял курс и приводил неприятеля за корму.
Случалось, сократив дистанцию, турки поворачивались бортом к цели и давали полновесный залп, однако первые снаряды ложились мимо, а к моменту следующего выстрела очень сильно возрастала дистанция - заряжание больших пушек довольно длительный процесс.
Ответный огонь кормовых мортир убегавшего парохода тоже оказывался не точным. Почему мортир? А потому что они стреляют, сильно задрав кверху ствол, и снаряд из них падает на палубу по очень крутой траектории. Как раз туда, где у современных броненосцев вообще может не быть брони, или она намного тоньше, чем в бортах. Если бы ещё попадали - цены бы им не было.
Вообще-то артиллеристы «Весты» оправдывались тем, что не успели получить из Санкт-Петербурга новую установку управления артиллерийским огнём, на которую очень рассчитывали. А произошло это из-за спешки и откровенного давления начальства, буквально выпихнувшего оба наших корабля в походы после демонстрации подрыва старого парусника торпедой, что я пустил с «Маленького ныряльщика» ещё в марте. То есть вину за свою неточную стрельбу эти молодцы уже переложили на плечи Макарова, подстроившего столь эффектный показ мощи вооружённого парохода командующему Черноморским флотом. Да еще и Баранов посетовал, что его всячески торопили и с отъездом из столицы, где он этим самым устройством управления занимался, и с подготовкой корабля к выходу в крейсерство.
О моменте спуска на воду минных катеров упомянули. Оказывается, сделали это, как только «Великий князь Константин» стал маневрировать, пристраиваясь к корме «Фетх-и Бюленда». Естественно, стремясь наказать нас, турки несколько увлеклись, пытаясь добить горящий рыскающий пароход. Но, если не лукавить, нечем им было отбиваться от катеров, кроме как ружейным огнём, от которого бронирование котельным железом вполне надёжно защищало экипажи маленьких судёнышек.
Да, противоминной артиллерии пока нет, как не сформировался ещё толком класс кораблей, которым они должны противодействовать. Дедушка минного флота сейчас лейтенант, весело празднующий победу в кругу товарищей по оружию. А его коллега, капитан-лейтенант Баранов с одной стороны несколько оконфужен, но с другой - несомненный победитель. И победил он оружием, появлению которого обязан своему оппоненту.
