Моя роль в разворачивающемся действе мне совершенно непонятна, тем не менее, наблюдать за лицами его участников интересно. Народец-то тут собрался непростой. Только про двоих я точно знаю - быть им адмиралами, флотоводцами. А ещё мне кое-что известно и о капитан-лейтенанте Баранове, но не о будущем, а о прошлом.
Он разработчик казнозарядной винтовки, применявшейся на флоте и даже в армии. В по-настоящему массовый тираж она не пошла, вместо неё на вооружение армии приняли винтовку Крнка, именуемую солдатами Крынкой. С моей точки зрения оба этих ружья одинаковы, только затворы у них откидываются в разные стороны. Заметное предпочтение заграничным образцам, которым отличались русские военные ведомства, обычно объясняют их дешевизной по сравнению с отечественными разработками, то есть речь идёт о деньгах. Намёк такой забавный получается на то, что не всё тут чисто. Уж с методами калькуляции цен я прекрасно знаком и понимаю, насколько просто вывести нужную цифру в нужной бумаге.
Пожалуй, единственным исключением, которое можно сразу припомнить, является принятие на вооружение трёхлинейки, любовно именуемой «Мося», разработанной русским оружейником. Произошло это в тысяча восемьсот девяносто первом году при правлении... это было, точно не при нынешнем царе, не помню когда и от чего помер милейший Александр Николаевич, а только до семидесяти лет наши императоры не доживали. Кажется. Не припоминаю я на августейших портретах старцев столь почтенного возраста. И, вроде как не Николай еще на троне сидел. Он ещё цесаревичем был, когда его в Японии рубанули катаной. Точного года не вспомню, а только где-то в середине девяностых это было, а не в начале. Выходит - Сан Саныч тогда задавал вектор в жизни страны. Уважаю.
Ещё на краю сознания мелькает, что, вроде как он и свободы всякие душил, что мне после разгула демократии в моей России уже не кажется чересчур большим грехом. Опять же он и сейчас с жандармом дружит - не поленился, свёл нас. Лично в разговоре поучаствовал и скруглил углы. Бли-ин! Мужик-то, похоже, реальный работник. Надо же до чего может довести логика после третьей рюмки. Пора переключаться на закусь.
О чём я недавно думал? О винтовках. Сейчас в обиход входят берданки. После Крымской войны к качеству вооружения пехоты отношение стало вдумчивое и солдатам действительно есть из чего стрелять.
А с чего я перескочил на мысли о вооружениях? С капитан-лейтенанта Баранова. Так вот, прямо сейчас, когда все испытывают эйфорию от недавней убедительной победы, возникает чувство братства по оружию. Зато потом, когда на стол начальства лягут рапорты об этих событиях, начнётся совсем другой балет. Вопрос ведь встанет о том, кого чем наградить, так что выпячивание своих заслуг и умалчивание роли других приведёт к искажению картинки, что ещё усугубится, когда дело дойдёт до написания воспоминаний.
Всегда так бывает, поверьте моему жизненному опыту. Потому и стараюсь я как можно меньше отсвечивать, что предпочитаю получать надёжные предсказуемые результаты, а не обломы от крушения надежд на признание или благодарность от властей предержащих. Это позволяет сохранять душевное спокойствие и испытывать уверенность в завтрашнем дне.
Как только небо закондубасилось, наши корабли разбежались. «Великий князь Константин» на самом малом ходу встал носом к набирающему силу свежему ветру, а «Веста» опять пошла к Босфору выманивать следующего «клиента». Зря они так. Ни один фокус не стоит показывать дважды. Ну да, не моего ума это дело - есть у нас командиры, им виднее.
Качало не чересчур, однако в мастерскую к новому «Ныряльщику» народ не сошёлся. Отдыхали после встряски. Бой - он на каждого как-то повлиял. Знаете, когда в Вас стреляют из пушек, такой фактор, как низкая вероятность попадания, становится не то, чтобы абстрактным, а каким-то далёким и не имеющим к тебе никакого отношения. Может не попасть, а может и попасть. В общем, экипаж вскоре оказался уже серьёзно навеселе, хотя и не до упаду. Да покажись нам сейчас хоть бы и весь турецкий флот - порвём.
С боцманом и двумя старослужащими мы тоже поговорили за чаркой. Я им поведал, каково оно было посиживать среди белой кости, голубой крови, а мужики мне всю правду разобъяснили в лучшем виде. Чай, не первый год на флоте - имеют понятие.
Короче - слава за мной тянется. Считается, что приношу я удачу. Вот меня заместо талисмана и держат. Экипаж «Весты» в эту ерунду не верил и над моими товарищами злобно подтрунивал до тех пор, пока не увидел, как с накрененной в их сторону палубы «Фетх-и Бюленда» сыплются в воду люди.
Да уж. Мы-то только днище тонущего корабля наблюдали и ужасов тех не пережили даже зрительно, а кто смотрел - так многие на колени вставали и крестились истово, потому что картина душегубства - она ничью душу спокойной не оставит.
Слезу из меня выдавили, хоть и не верю я ни в паранормал, ни в предназначенность, ни в Бога, помилуй мя Господи.
