– Так ведь это то же самое, только другими словами. И вообще, многие воинственные племена верят, что их воины после смерти в награду за доблесть попадают в иной, прекрасный мир, – пояснил жаб. – Ну, знаешь, где можно пить, сражаться и пировать в своё удовольствие. Так может, наш мир – рай для Фиглей.
– Наш мир – настоящий!
– И что? Они так верят. И потом, они же маленькие. Может, во Вселенной многовато народу и приходится кроить рай там, где нашлось свободное место? Я всего лишь жаба, поэтому, извини, могу только догадываться, как оно на самом деле. Возможно, они просто ошибаются. Возможно, вы ошибаетесь. Возможно, я ошибаюсь.
Кто-то мелкий пнул башмак Тиффани.
– Эй, хозяйка, пора топс-топс! – заявил Явор Заядло.
Через плечо у него был перекинут мёртвый Фигль. Другие пиксты тоже несли тела, но их было совсем немного.
– Вы собираетесь их похоронить? – спросила Тиффани.
– Ах-ха, им эти ношены тела ужо без надобности, – сказал Явор. – А бросать их хде попало не годится. Да и верзуны ещё чего доброго найдут мал-мал черепки, будут суйносить, а оно нам не надо. Ты не в счёт, хозяйка, – добавил он.
– Нет, это очень… разумно, – признала Тиффани.
Фигль показал на далёкий курган, поросший колючими кустами и деревьями. На многих курганах располагались густые заросли – слой почвы там был толще, чем в других местах, вот деревья и приживались. Рубить их считалось дурной приметой.
– Тута близь, – сказал Явор.
– Вы живёте в кургане? – удивилась Тиффани. – А я думала, там похоронены древние вожди, или как-то так…
– Ах-ха, валяется там какой-то королёк по соседству, но нам не мешкувает, – сказал Явор. – Не боись, в нашенной половине никаких скелетонов и прочего. Там места завались, и мы ишшо мал-мал поработали.
Тиффани огляделась. Бескрайнее синее небо над головой, бескрайнее зелёное море трав под ногами… всё снова стало таким мирным, когда всадник без головы и зловещие псы остались в ином мире.
«А если бы я не повела Винворта к реке? – подумала Тиффани. – Что бы я сейчас делала? Хлопотала с сырами, наверное… И так ничего бы никогда и не узнала. Никогда не узнала бы, что живу в раю, пусть даже это рай только для клана маленьких синекожих человечков. Никогда не узнала бы, что на канюках можно летать…
Никогда прежде я не убивала чудовищ».
– Откуда они берутся? – спросила она. – Как называется то место, откуда приходят все эти чудища?
– Ах, мож статься, ты хорошо то место бум-бум, – сказал Явор Заядло.
Теперь они были уже рядом с курганом, и Тиффани почуяла в воздухе дымок.
– Ах-ха. Ты его имя бум-бум. Но тут я его грить не бу. Не тако это имя, чтоб под небом его грить. А такое, чтоб шептать в укрывалище.
Для кроличьей норы лаз был великоват, а барсуки тут не водились, но вход в курган темнел под корягой в гуще зарослей, ну точь-в-точь нора, ничего другого человеку бы и в голову не пришло.
Тиффани была девочкой худенькой, но всё равно ей пришлось снять передник и ползти на животе под колючими ветками, чтобы добраться до норы. А потом понадобилось несколько Фиглей, чтобы втолкнуть её внутрь.
Внутри оказалось довольно просторно и совсем не воняло. Узкий лаз был нужен только для того, чтобы не привлекать внимания, а само подземелье оказалось размером с большую комнату с высоким сводом и низкими, под рост Фиглей, галереями вдоль стен. На галереях суетились большие и маленькие пиксты – стирали, спорили, шили, местами дрались, но что бы они ни делали, шумели при этом они как могли. У самых старых из них волосы были тронуты сединой. Самые юные, всего пару дюймов ростом, носились повсюду в чём мать родила и вопили во всю маленькую глотку. Тиффани уже два года как помогала присматривать за Винвортом, так что ей это было не в новинку. Но она обратила внимание, что среди маленьких пикстов не было девочек. А среди старших не было женщин.
Впрочем, нет. Одна была.
Вопящая и скандальная толпа Фиглей расступилась перед ней. Девушка подошла и остановилась у ноги Тиффани. Красивая, по сравнению с Фиглями-парнями, – хотя нетрудно быть красивей, скажем, Тупа Вулли. Но у неё были такие же рыжие волосы и такое же решительное выражение лица, как у прочих пикстов.
Она присела в реверансе и спросила:
– Эт’ ты – карга верзунская?
Тиффани огляделась. Кроме неё, в подземелье не было никого выше нескольких дюймов ростом.
– Э… да, – сказала она. – Более или менее. Да.
– Я Фиона. Кельда велела сказануть тебе, твой мал-мал братец покуда жив-здоров.
– Она нашла его? – обрадовалась Тиффани. – Где он?
– Нае, нае. Но кельде ведомы пути Кральки. Кралька не хочет покамест, чтобы ты извелась.
– Но Королева украла моего брата!
– Ах-ха. Это все мал-мал за-пу-тан-но. Отдохновей здесь. Кельда позовёт тебя вскорости. Она ныне… несильна.
Фиона резко развернулась и прошествовала прочь, горделиво, как королева. Вскоре она скрылась за круглым плоским камнем, прислонённым к дальней стене.
Не глядя вниз, Тиффани достала жаба из кармана и поднесла его к лицу.
– Послушай, я что, извожусь? – спросила она шёпотом.
– Нет, вовсе нет, – заверил её жаб.
