Иногда я отказываюсь понимать Дашу. Зачем ей нужен немолодой доктор, когда рядом есть красавец Робер? Наверное, Дарья по природе своей не в состоянии пропустить ни одного более или менее достойного внимания мужчину!
Мы погрузились на паром вместе с другими туристами из «Сан-Эльмо» и близлежащих отелей. Я поймала себя на том, что пристально разглядываю каждого пассажира, пытаясь понять, может ли он представлять опасность.
Час на пароме оказался настоящей пыткой, и я едва дождалась момента, когда можно будет сойти на берег. Но тут нас ожидала другая проблема. За время путешествия Даша, как обычно, собрала вокруг себя толпу горячих представителей противоположного пола. Узнав, что мы не собираемся садиться в туристический автобус, несколько из новых знакомых выразили желание сопровождать нас. Как мы ни пытались убедить их в том, что это плохая идея, они намеков не понимали. Поэтому в «Ла Палому» мы вошли в компании троих самых настойчивых Дашиных поклонников и уселись за столик. Оттуда хорошо просматривалась пристань и дорога, а также и нас самих невозможно было не заметить. Мужчины наперебой принялись предлагать заказать напитки, и ничего не оставалось, кроме как согласиться, чтобы не спровоцировать скандал. На пароме Даша вела себя фривольно, и поклонники, судя по всему, ожидали продолжения так хорошо начавшегося общения.
– Видишь, что ты натворила! – с упреком сказала я ей по-русски, продолжая мило улыбаться соседям по столику. – Как теперь от них отвязаться?
Но нам не пришлось долго над этим размышлять, так как внезапно послышался возмущенный окрик:
– Какого черта ты здесь делаешь, а?!
Удивленные, мы повернулись на голос, как и все остальные присутствующие. К нам быстро приближался Робер. Его лицо дышало яростью, кулаки сжимались и разжимались, а рот искривился в гневной гримасе.
–
Даша покрылась краской возмущения, а я открыла рот: никогда в жизни бы не подумала, что симпатичный юноша способен на такие речи!
– Да как… – начала было Дарья, но Робер не позволил ей договорить, а схватил под локоть и выдернул из-за стола, словно она была тряпичной куклой. Жилы на его шее надулись, как у молодого быка перед выходом на корриду.
– Эй, парень! – сказал один из мужчин, поднимаясь со своего места. – Отпусти девушку, а то…
– А то – что? – насмешливо спросил Робер.
Мужчина не нашелся что ответить на столь прямой вопрос. С женщинами он мог вести себя достаточно развязно, но перед разъяренным мужчиной растерялся.
– Сядь! – рявкнул Робер, и в его руке ярко блеснуло на солнце нечто, в чем я опознала внушительных размеров выкидной нож с зазубринами по краю.
Ни один из присутствующих не решился оказать сопротивление, и Робер потащил за собой упирающуюся Дашу. Я следовала за ними по пятам. Мы миновали кафе, завернули за скалу, и там Робер неожиданно выпустил Дашину руку.
– Ну, вы даете! – воскликнул он. Я подняла на него удивленные глаза: парень больше не выглядел ни злым, ни опасным. – И как это тебе, Даша, постоянно удается цеплять всяких придурков, ума не приложу! Я уже минут двадцать наблюдаю. Они вокруг вас скачут, а вы сидите, словно приклеенные, и не знаете, как отвязаться.
– Так это – что, все спектакль? – спросила я с облегчением.
– А ты что подумала?
– Что ты зарежешь этим ножом Дашу, а потом и всех ее поклонников…
Робер рассмеялся.
– Извини, ma cherie, – приобнимая Дашу за плечи, сказал Робер. – Но я не представлял, каким еще образом могу отогнать от тебя этих стервятников! Вот и пришло в голову притвориться злобным мачо и нагнать на них страху. Как видишь, сработало!
– Знаешь, пупсик, – промурлыкала Дашка, прижимаясь к Роберу всем телом, – никто еще так со мной не разговаривал! Это так… возбуждает, ты не находишь?
– Дарья! – прорычала я. – Из-за тебя мы уже вляпались в неприятности, так что заканчивай свои игры!
Вместо ответа Даша спокойно подняла руку и осмотрела свой локоть, на котором явственно отпечатались пальцы Робера.
– Будет синяк, – констатировала она. – Тебя ожидает наказание, Роби, ты плохой мальчик!
Робер не возражал. Он довольно ухмыльнулся, очевидно, предвкушая то специфическое «наказание», которым угрожала ему Дарья. Мы двинулись по дорожке, идущей вдоль пляжа. Даша и Робер весело болтали, а я задумалась над поведением молодого человека. В нем поразительным образом уживались добродушие и жестокость, которая нет-нет да и прорывалась наружу. Робер, кажется, запросто смог бы убить! Я вспомнила о реакции молодого де Кассара на слова деда о том, что Филипп не мог позволить Мальтийскому Кругу убить собственного зятя и не попытаться спасти его. Робер сказал тогда, что не осудил бы Филиппа, если бы он этого не сделал. В тот момент я не придала значения его словам, теперь же они припомнились мне. Робер опасен, и остается лишь радоваться, что он на нашей стороне!
