У меня не было шансов – в руках нападавший сжимал не нож, а подводное ружье. В голове, словно вспышка молнии, промелькнула мысль, что Аркону конец: нас разделяло всего несколько метров, и промахнуться с такого небольшого расстояния просто невозможно!
Находясь позади бандита, я увидела, как из его ружья вылетел гарпун, нацеленный в спину Аркона, и крепко зажмурилась. Открыв глаза, я увидела совершенно не то, что ожидала. Аркон по-прежнему боролся со своим противником, а стрелявший, словно в тисках, был зажат в кольце рук Робера. Значит, гарпун не достиг цели? В следующее мгновение я получила ответ на свой вопрос: в правом боку молодого де Кассара торчал металлический штырь! Робер терял силы и не справлялся с противником, и я ринулась к ним. Оказавшись в непосредственной близости от дерущихся мужчин, я заметила на дне нож. Скорее всего, его выронил один из них, и я, недолго думая, схватила оружие. Очевидно, дела Робера обстояли совсем плохо. Он практически прекратил сопротивляться, и я, одним броском покрыв разделявшее нас расстояние, со всего маху воткнула нож бандиту под лопатку. Если вы когда-нибудь пытались сделать что-либо подобное под водой, то поймете меня: размахнулась-то я изо всех сил, но вода сильно замедляет движения. Нож вошел неглубоко. Уже нанеся удар, я в страхе подумала о том, что даже в ночных кошмарах не представляла себе подобной ситуации: меня учили спасать жизни, а не забирать их! Я, врач, ударила человека ножом… В кино показывают, как лихо «хорошие» ребята расправляются с «плохими», и кажется, что это ничего не стоит – как в компьютерной игре. В реальности все иначе. Я твердила себе: «У тебя не было выхода!», но сама в это не верила. Выпустив Робера, раненый мужчина развернулся ко мне, и я глупо обрадовалась, что не убила его. Однако тут же подумала, что, возможно, это и не такая уж хорошая новость, ведь теперь мы оказались один на один! Внезапно кто-то отшвырнул меня в сторону. Это оказался Аркон, схватившийся с раненым. Я повернулась в сторону Робера. Очевидно, уже плохо соображая, что происходит, он потянулся к загубнику и вытащил его изо рта. Подплыв, я попыталась вставить его обратно, но тут же сообразила, почему Робер так поступил: стрелка индикатора кислорода в его баллонах замерла на нуле! Времени на раздумья не оставалось. Набрав в легкие побольше воздуха, я вынула свой загубник и, несмотря на бессознательное сопротивление Робера, засунула его в рот молодого человека. Обхватив его рукой под грудью и бросив взгляд в сторону Аркона, продолжавшего бороться с противником, я быстро, насколько могла, поплыла в сторону пещеры. Чтобы протиснуться внутрь, мне пришлось перевернуться на спину и, таща за собой безвольное тело Робера, медленно двигаться к выходу. Воздух в моих легких заканчивался, и я от души сочувствовала рыбе, которую любители рыбалки обрекают на столь мучительную смерть. Оказавшись по другую сторону, я буквально вырвала загубник изо рта молодого человека, зажимая ему рот и нос. Снова сделав несколько глубоких вдохов, я вставила загубник обратно и начала всплытие.
Когда моя голова показалась над водой, я принялась оглядываться в поисках катера. К своему отчаянию, я не увидела «Хоуп» там, где рассчитывала! Что это могло означать? В голову лезло самое худшее: все пассажиры катера убиты сообщниками напавших на нас бандитов! Я взглянула на Робера. Молодой человек не подавал признаков жизни. Господи, я ведь даже не представляю, в какой стороне берег!
Зависнув на одном месте, я крутила головой, пытаясь определить, куда плыть, как вдруг услышала шум мотора. А еще через минуту я увидела несущийся ко мне на всех парах катер. «Хоуп»!
Заглушив двигатели, судно подошло к тому месту, где находились мы, и я увидела лица Даши, Филиппа и Антонио. Голова последнего оказалась перевязана, а у Даши на лице виднелось несколько свежих царапин.
– Робер! – воскликнул Филипп, увидев тело внука, покачивающееся на воде. – Что с ним?
– На нас напали, – коротко ответила я.
Антонио и Даша помогли втащить Робера на борт. Я поднялась следом.
– Он не дышит! – истерически закричала Дарья. Вцепившись в руку Робера, она принялась рыдать. Бесцеремонно оттолкнув ее в сторону, я опустилась на колени и начала делать искусственное дыхание. Процесс затруднял торчащий из бока парня гарпун, но ничего поделать с этим я не могла: его извлечение могло привести к летальной потере крови. Филипп беспомощно наблюдал за происходящим, в то время как Антонио пытался мне помогать. Наконец, грудь молодого француза слегка поднялась и снова опала. Он начал дышать, но в себя так и не пришел.
– Нам немедленно нужно в больницу! – сказал Филипп. – Где Аркон и Винченцо?
Случайно встретившись взглядом с Антонио, я отвела глаза.
– Мне очень жаль… Винченцо мертв. Аркон остался там – надеюсь, он справится. Я не могла ему ничем помочь, ведь нужно было вытаскивать Робера, и…
– Ты не должна оправдываться, – произнес Антонио, огромным усилием воли взяв себя в руки, но его голос при этом дрожал. – Мой брат прекрасно знал, на что идет.
