- Не перебивай, пожалуйста. Дело в том, что я сразу пошла в мэрию. В прекрасном настроении пошла. А вышла оттуда ни с чем и уже в дурном настроении. Мэр не принял меня. Единственно, что секретарь взял у меня из рук нашу письменную просьбу о намерении выкупить усадьбу за 130 миллионов рублей. Этот добрый секретарь поведал мне по секрету, что мэрия намеревается на территории нашей усадьбы построить Spa-отель и village. Для отдыха администрации. Поэтому мэр вряд ли согласится на наше предложение и будет просто тянуть время и молчать. А уже в официально назначенный срок, 15 января будущего года, просто пришлёт судебных приставов, если территория не будет нами освобождена.
- Ему что: мало берега турецкого...?
- Не будь наивным: ему хочется иметь личное поместье, где можно неофициально встречаться с разного рода купцами, девочками и прочее. В Турции не разгуляешься с размахом, как любят на Руси.
- Но ведь места в округе полно. Красивых мест! И у берегов Волхова в том числе.
- Мэр будет упрямиться. Бабуля в первом же телефонном разговоре с ним была резка и говорила высокомерно с презрительными нотками в голосе. Не знаю, что на неё нашло, но у ней неприязнь к этому чинуше возникла с первых секунд.
- У мэра тоже антипатия?
- Наверняка, - подтвердила Вера Яновна.
- Может Александр Владимирович? - неуверенно протянул Андрей Петрович. - Или больше денег предложить? Взятку?
- Нет! Деев - единственная сила воздействия! Но сначала нужно найти
- Верный настрой! Будем работать! Завтра же поеду в Гатчину. Может пришли какие-нибудь новости по Нелидовой.
Так пролетела неделя. Новостей, к сожалению, в Гатчине, куда Андрей отправлялся ежедневно, не было. Пока экскурсанты ходили по парку и Дворцу, Андрей спускался в Подземной Ход. Бродил по нему в одиночестве. Это стало страстью, даже навязчивой идеей. Он искал, искал в
Верочка много работала в институте.
- Ах, дорогой! Как здорово, что я скоро уйду в отпуск! - шептала она на ухо мужчине, гладя его по голове руками.
- В декретный? Рано же! - удивился тот, когда она сообщила об этом в первый раз.
- Сначала в творческий. Я хочу написать книгу.
- О чём?
- Ну, скажем, название будет таким: "Алхимия снов и мистицизм".
- Завидую.
- А ты разве не захочешь помочь мне?
- С удовольствием! - обрадовался Андрей Петрович.
В воскресенье они поехали в усадьбу. Та искренняя радость, с которой Андрея встретили все живущие там, а в особенности Мария Родиславовна и Иришка, затопили душу его волной тёплой нежности.
- Наконец-то, Андрей Петрович! - всё восклицала и хлопала в ладошки Иришка.
- Поздравляю, Андрюша, с принятым тобой решением быть с нами. В нашем кругу. С нашей семьёй... - волнуясь, проговорила пани Мария.
Она ещё хотела что-то добавить, но запнулась. Подошла к Анне Никитичне и стала повторять уже известные той распоряжения по поводу обеда.
Анна Никитична всё утирала платочком глаза и кивала.
- Всё Анна, хватит мочить палубу! - отозвался вошедший Дмитрий Платонович и обнявший Андрея вновь с такой силой, что тот выпучил глаза и еле вымолвил:
- Дорогая Анна Никитична! Если наш милый капитан и вас так обнимает...
- Медведь! - но, потом, смилостивившись, добавила. - Да нет, меня жалеет.
Видно было, что в доме полным ходом идут кардинальные перестроечно-ремонтные работы.
- А как наш флигель, Платоныч? - спросил Андрей.
- Готов. Там сейчас Иришка командует. Мебель завозит и прочую оснастку. Я помогаю ей только с обустройством территории вокруг дома.
- Он сейчас под моим командованием! - важно сказала Анна Никитична, осторожно взглянув на мужа. - Рабочих в Усадьбе 11 человек, их нужно кормить. Вот он за кока в трёх флотских бачках готовит первое, второе и чаи.
- Поговори-ка у меня! - с наигранной сердитостью отозвался моряк, любовно глядя на жену. - Сама, небось, сегодня чуть пироги не сожгла. Если б не я...
- Да, нервничала что-то. Такие дорогие гости.
Андрей, Вера и Иришка пошли перед обедом прогуляться по усадьбе.
