— Понятия не имею, но воинов у него не так и мало. Самое невероятное…, к ним присоединился клан галлов, представляете.
— Ну, эти разбойники скорее балласт, чем двигатель для ордена.
— Отнюдь! Считаю их сильными воинами.
— Согласен. Воины они все сильные, но крайне недисциплинированные. Они не умеют подчиняться я уже молчу о том, чтобы поддерживаться хоть какой-то единой тактики в бою. Нет, они все индивидуалисты и воюют также. Как воинское подразделение они бесполезны.
— Ошибаетесь, дорогой граф. Первый раз мы видели орден в деле, когда они одним ударом сбросили осаду с этого города. Атака была проведена рано утром на рассвете. И было их в несколько раз меньше, чем осаждавших наш город кочевников.
— И они выиграли сражение?, — удивился Алан.
— Да! Так что недооценивать орден, как военную силу, было бы глупо. А ваше мнение о них ни на чём не основывается. Выкуп за дочь просили явно не они.
— Да, но если бы её освободили, то почему она тогда не дома?
— Этого я вам ответить не могу. Если предположить, что воинам ордена удалось освободить вашу дочь, то уверен, её бы отправили к вам без каких-либо предварительных требований, а то и охрану бы выделили. Вы известная личность, в империи имеющая большой вес даже в совете лэров империи. Кто, в своём уме, посмел бы вам выдвигать претензии, а тем более шантажировать вас вашей дочерью. Здесь что-то другое, или она до сих пор находится в плену у кочевников. Не стоит гадать, ваше сиятельство, вскройте письмо.
— Думаешь, сынок.
— Уверен…
Алан, не вставая из-за стола, вытащил из потайного кармана небольшой пакет. Ножом скрыл его и бегло пробежал глазами текст. Глаза его радостно вспыхнули и улыбка посетила это жёсткое мужественное лицо. Но вот отданная команда прозвучала совсем не та, на которую надеялись.
— Всем подъём! Выезжаем немедленно. Боевой порядок как на территории врага. Дорен, выводи людей, если не доберёмся до крепости Варлей, то заночуем по дороге. Спасибо за гостеприимство, ваша светлость. Дочка жива.
— Но зачем тогда так спешить?, — удивился молодой герцог.
— Она просит помощи и говорит, что могу помочь только я…
— Но в чём?
— Не знаю. Пишет, что подробности при личной встрече. Но рука её и есть знак, что пишет сама без контроля извне. Мы поторопимся, с вашего разрешения, герцог. Ведь это ваша земля, а подорожной у меня на моих людей нет.
— Глупый вопрос, уважаемый граф. Вы всегда у меня в гостях, как дома. Я не забываю, кто меня в детстве учил правильно держат кинжал. Помощь нужна?
— Разве что если на время арендуете мне своего соратника?
— Ну, что же, господин барон в вашем полном распоряжении. Да, кстати, не забывайте, что у границ нашего герцогства стоит войско герцога Маринева.
— А ему-то что тут понадобилось?, — изумился граф.
— Кое-кому мои старые земли покоя не дают. Но пусть попытают счастья, хотя разрешение на проход его войскам по своей территории я не дам. А вот выпускать буду только за деньги.
— За очень большие деньги!, — поправил своего сюзерена новоиспечённый барон…
Полумрак комнаты. Надрывные вздохи и чувственные стоны. Семейное счастье и таинство любви…
Императору повезло в семейной жизни, он любил свою жену и даже, наверное, слишком. Но императрица заслуживала к себе такого отношения …. Верная, красивая, страстная и очень, очень опасная для врагов.
Интерьер спальни завораживал изыском оформления стен и роскошью мебели. Мягкие постельные тона, фигурки обнажённых нимф в виде статуек, нейтральные пейзажи полотен и мягкий успокаивающий свет испускаемый светящимся потолком. Настоящее любовное гнёздышко. Широченная кровать, на которой на смятых простынях усталые переплетённые тела влюблённых.
Семейное счастье и умиротворение.
— … ты совершенство!, — тихий шёпот, — ты снова меня заводишь…
— Угомонись, дорогой, отдохни! Я никуда не ухожу! Дай хоть немного перевести дух, ты у меня просто ненасытный!
— Тобой невозможно насытиться, — лёгкий смешок. Звонкий звук поцелуя, — Я тебя съем!
Счастливое восклицание, тихое шебаршение и снова вздохи и стоны волнами расходятся по всей комнате… счастье.
— … ты слишком близко принимаешь всё произошедшее к сердцу. Не так страшно…, всего на одного герцога и его сына стало меньше в империи.
— Не в этом суть! Баронство вновь ускользнуло от моей опеки.
— Ну и что! Подумаешь, молоденький виконт оказался слишком живуч. Да и стоило ли его устранять, с чего ты себе вбил в голову, что он как-нибудь нам может навредить.
— Но предсказание!
— И?
— Ну…
— Какая разница! Чем этот непонятный мальчик, вытащенный на арену неизвестными игроками сможет нам навредить? Он молод и не имеет никаких знаний и если б не твой братец он бы никогда не замаячил перед нашим горизонтом. Согласна, предсказания вещь страшная, но никто ведь не знает, когда случится предсказанное.
