Господи, ну, о чем я думаю? У меня тут семья рушится! Спокойная жизнь под угрозой, а я о шкурах каких-то размышляю! Это все стресс, мозг пытается переключиться, но мне никак нельзя переключаться, нужно попытаться выяснить, что батьку с этой стервой связывает… Нет ну какова дрянь! Вы только подумайте!.. Я решила, будто она Боянке ритуал изгадить хочет, а она всю нашу жизнь разом сломать решила… То-то она, так вечно матушкой недовольна была, отца то она любит как бы, хотя сейчас скорее уже ненавидит, за столько то лет… И мстит так, видимо, дура, а что не плохо… Ты меня тогда отверг, а я сейчас тебе семью разрушу… Что ж одной в своем котле вариться?… Вместе то веселее и чем участников больше, тем лучше… — сердясь, размышляла о произошедшем я.
Стоя на мостке и оглядывая окружающий пейзаж, я видела насколько природа — тиха и беззаботна. Неспешно бежала речка по привычному ей руслу, едва- едва, от легкого ветерка колыхалась листва на деревьях, где-то пели довольные птички, все вокруг находилось в гармонии, в отличии от моего внутреннего состояния. Заметив, что матушка с Боянкой уже заканчивают и собираются идти домой, я погруженная в себя, поплелась за ними, отставая на пару метров сзади. Матушка, всю дорогу до дома, пыталась меня растормошить, но я в ответ ей лишь грустно улыбапась и говорила, что все прекрасно, просто голодная.
Вернувшись в деревню и проходя меж домов в сторону избы, смотря по сторонам, я приметила у соседней избы от нашей справа, идущего куда-то батьку. Мужчина был суров и хмур, шел быстро чеканя шаг… — Это, куда ж ты намылился родной? — подумала я и обратилась к матери.
— Мам, а можно я к колодцу ненадолго сбегаю? Там дядька Болет, сегодня сказку новую рассказать, обещал, очень интересная, я на минуточку только послушаю и назад… — принялась отпрашиваться я, видя, что матушке моя идея не очень нравится. Но что-то прикинув, она тяжело вздохнула, улыбнулась и кивнула мне со словами:
— Токмо не долго, а то снидать скоро и смотри мне, чтоб от колодца не на шаг, поняла? — сдвинув брови и грозя пальцем велела женщина. Я радостно кивнула и прислустила в сторону, где виднелся отдаляющийся батька.
Пробежав за отцом, находясь от него на довольно приличном расстоянии, я увидела, как он пройдя на соседнюю улицу, отправился к дому кузнеца Благояра.
— Вот же ж, что зря следила что ль? — сердясь подумала я, продолжая красться за батюшкой. Как же хорошо, что я мелкая, он даже и не подумает вниз, почти к земле, смотреть, как оборачивается. А батька периодически озирался, проверяя нет ли кого поблизости. Подойдя к забору Благоярого двора, отец открыл калитку и прошел внутрь.
— Так, мне через парадный вход путь заказан. Но благо, что девчонки сплетничают обо всем, и я знаю, где у них в заборе у кузни дощечка отходит. Часто уж любят под окошко к Цветанке, местные женихи красться. А она с младшими сестрами в одной светелке спит, а не с родителями в общей, так что пока этот секрет Благояр не прознал, можно воспользоваться лазейкой. Я припустила вокруг дома, со всей возможной для меня скоростью, обогнув забор, добежала до, видневшейся над оградой, крыши кузни, приподняла крайнюю от стены доску и пролезла во двор.
— Господи, теперь бы отдышаться! Я явно не спринтер и пока не сброшу лишний жирок, лучше так не напрягаться. — с трудом пропуская в легкие воздух, думала я. Присев и наконец отдышавшись, я оглядела абсолютно пустой двор и подошла к прикрытой двери кузни, из которой раздавались мужские голоса. Один из них принадлежал батьке, второй самому Благояру, а третий, нежданный для меня, голос старосты. — А он тут откуда, интересно знать?
— Юско, пойдем, мне поговорить с тобой надобно… — попросил старосту серьезный отец.
Услышав приближающиеся к выходу, гулкие от земляного пола, шаги, я со скоростью метеора ломанулась обратно, за угол кузни в кусты. Батька со старостой вышли на улицу и прошли ближе к кустам, в которых пряталась, перепуганная от того, что меня могли заметить, я.
— Чего-хотел-то Гоймир? — спросил Юско весело.
— Ко мне вчера жена твоя подходила… — бесцветно ответил батюшка, я вся обратилась в слух. — И сегодня на реке свидание назначила… — я немного отодвинув, мешающие обзору, ветки, увидела стоящих ко мне полу боком мужчин, староста был хмур, недоволен и сердит.
— Что ж, он в том, что с женой его по кустам шастает, признаться решил? — размышляла я.
— Она опять мне в любви признавалась… Ты меня знаешь Юско, мне твоя жена не к чему, и все, что у нас по молодости было, прошло уже и быльем поросло. Но я вот думаю…а коли твоя жена начнет Чипране моей говорить, что я сегодня с ней на реке виделся… Так что, ты давай разберись в своей семье, мне такого счастья не надобно. И ты мужик хороший, я давно тебя знаю и не желаю тебе худого. Так что, сам решай, что и как…. Ну… я все сказал… пойду, пожалуй. — перекатываясь с пятки на носок, сказал батька и хлопнув Юско по плечу, пошел в кузню к Благояру.
