Скинутые заказчиком комментарии казались до смешного нелепыми, но мои ответные правки не принесли необходимого результата. Наверно, у каждого работника наступает тот момент, когда он начинает соглашаться с любыми предложениями, лишь бы потом ему не сделали выговор. Если ещё года три назад, я бы попыталась поспорить и доказать свою правоту, то сейчас отбив на клавиатуре «будет учтено», отправила письмо обратно.
– Милана Анатольевна, вы на обед идёте? – спросила меня где-то в половину первого Арина, сидевшая за соседним столом.
– Нет. Нужно доделать правки.
– Я думала, вы уже всё сдали.
Уперевшись руками на свой стол, Арина приподнялась и заглянула в монитор моего компьютера.
– Нет.
Одним нажатием кнопки на мыши, я закрыла все приложения и вкладки, и оперевшись левым локтем на стол, развернулась в пол-оборота, устремляя безразличный взгляд на Арину. Она пришла к нам всего три месяца назад, но даже за это время, успела довести меня до ручки. Не компетентность было её главным качеством. Видимо, на бирже труда всё очень плохо с новыми кадрами, раз у нас стали набирать подобных ей. Куда смотрел её деканат, выдавая диплом? Её работы не отличались ни креативностью, ни чёткостью, ни, тем более, аккуратностью. Ещё и косячила постоянно. С клиентами общаться вообще не умела. Хорошо, что под «опеку» она попала не мне, а Лизе. Я бы долго её не выдержала.
– Вы просто так много работаете. Вам нужно отдыхать.
Это искрящаяся от неё вежливость, скрипела на зубах, словно плохо растопленный в яблочном пироге сахар. Раздражало неимоверно.
– Вижу, у вас много времени на отдых.
Демонстративно надев наушники, я дождалась, когда же Арина уйдёт, чтобы закончить очередной проект.
Наш этаж медленно пустел. Каждый спешил отправиться на обед. Бездельники. На обед выделялся час, хотя, я искренне не понимала, как так долго можно было есть. Одно дело, если бы кафе и рестораны находились в соседних зданиях и до них идти было бы не меньше десяти минут. У нас же всё было рядом. Спустился на седьмой этаж – кафе, на третьем – ресторан, хочешь фастфуд – спустить на фудкорт на первом.
Когда до конца перерыва оставалось десять минут, с чувством выполненного долга, я отправила очередное сообщение заказчику с внесёнными правками. Сняв наушники и размяв затёкшую шею, я встала из-за стола и направилась к лифтам. К сожалению, в магазине, моих любимых сэндвичей с рыбой не было, пришлось довольствоваться курицей.
– Она так похудела за последнее время, – послышался знакомый голос Арины за одним из стеллажей.
– А то, – в голосе Лизы отчётливо слышалось недовольство. – Она же не жрёт ни черта. Ты хоть раз видела, за её столом что-то, кроме термо-кружки с кофе?
– Ну…
– То-то и оно.
– Думаю, ей всё ещё тяжело.
Жалость в голосе Арины пробирала до мурашек. Кого бы они не обсуждали, мне стало противно. В горле засвербело, а живот отозвался неприятным спазмом, подкатывающим вверх.
– Ей тяжело? Хрена с два. Нам тяжело! Хоть бы раз за эти пять лет в отпуск сходила или заболела, блин. Ходит вечно с этой кислой мордой, кидается на всех. Была бы я на месте Федора Михайловича уволила её уже к чёртовой матери.
Арина зашипела, и я буквально видела сквозь стеллажи, как она начала махать руками, в попытке успокоить свою наставницу. Не желая дослушивать сплетни, я скользнула между неудобно выставленными маленькими железными, корзинами, в которых лежали продукты со «специальным предложением», а на деле с истекающим сроком годности, и оплатив покупку, вышла из магазина.
Правки получилось внести до пяти. Проверив ещё раз все исправления, я отправила их заказчику в очередной раз, дожидаясь от него ответного письма, в надежде, что она будет последним. Не успел курсор коснуться маленького креста в левом верхнем углу, чтобы закрыть переписку, как мне пришло уведомление от руководителя. Последний раз он обращался ко мне по почте, когда я только начала работать. Ничего хорошего это не сулила, но заставлять ждать Фёдора Михайловича было бы слишком дерзко с моей стороны.
Его офис находился на два этажа выше нашего. Стукнув дважды в широкую тёмно-ореховую дверь, я приоткрыла её, тут же останавливаясь. Арина сидела на кресле напротив Фёдора Михайловича. По её напряжённой, как пружина спине, было понятно, что разговор у них происходил не из лёгких. В груди неприятно зарокотало. Может она и не была лучшим работником, но увольнять её было как-то слишком. Ей около двадцати трех. Видно, что девчонка совсем молодая. Неопытная. То, что она попала в нашу фирму для неё должно быть манной небесной. Получить запись «уволена» в трудовой книжке спустя пару месяцев – не самое лучшее начало карьеры.
Знаком, Фёдор Михайлович попросил меня подождать. Захлопнув дверь, я отчего-то прижалась спиной к белоснежной стене, осматриваясь по сторонам. Давно ли здесь появилось столько зелени? Цветы в горках и маленькие, декоративные деревья, стояли по всему периметру коридора, что неплохо сочеталось с мраморным полом. Неплохое дизайнерское решение, хоть для меня и слишком вычурное.
