Украшение оказалось довольно простеньким, а вот странный и необычный символ на нём приковывал внимание. В нашем мире я где-то такое уже видела, но не помню, где именно.
— А что ты делаешь в ванной Ангелины? — хмуро спросил он, странно косясь на домработницу.
— Я… Я зашла пожелать госпоже Лине до-доброй ночи, — заикаясь, ответила она, нервно тормоша подол юбки.
От этого зрелища бедной испуганной пожилой женщины сердце больно сжалось, и я хотела было встать на ее защиту. Как вдруг отметила, что ее правый ботинок промок, как и низ платья, да и рукава.
Намочить только что она их не могла, так как не подходила ко мне близко, соблюдая все это время дистанцию. На полу тоже не было луж на том месте, где она стояла, так как моей силы не хватило, чтобы расплескать ее так далеко.
Что-то здесь не так. Пусть и речь ее очень убедительная, да и история выглядит довольно правдивой, но факты остаются фактами. Вот только перед тем, как рубить голову с плеч, наверное, стоит все же хорошенько за ней понаблюдать.
Как только меня оставили одну, я замоталась в белое махровое полотенце, все еще чувствуя тянущую боль в затылке, да и в груди немного жгло. Постоянно мне мерещились шаги за спиной или же посторонние шорохи, отчего я вздрагивала всем телом.
Вернувшись в комнату, чуть было не вскрикнула от неожиданности. В кресле сидела взволнованная и опечаленная Матильда. Но именно ее я сейчас больше всего не хотела перед собой видеть. Сердце ускорило свой ритм. Стараясь соблюдать внешнее спокойствие, прошла к шкафу, боковым зрением не выпуская гостью из виду и попутно спрашивая:
— Вы все еще не ушли? — голос на мгновение дрогнул, и я понадеялась, что она это не заметила.
— Нет, не смогла оставить все так, как есть. С Вами все хорошо? Вы бледные, как ночной мотылек. Как Ваше самочувствие?
Улыбнувшись лишь уголком губ и достав себе ночную рубашку и халат, ответила:
— Сейчас мне уже намного лучше, чем было несколько минут назад. Это уж точно, — последнее было сказано совсем тихо, больше для себя, чем для посторонних ушей.
— Что произошло? Кто на Вас напал? — обеспокоено стала заваливать меня вопросами женщина, встав на ноги и предлагая свою помощь.
И не знаю почему, но мне показалось, что в ее словах есть подтекст. Почему-то вместо обычного волнения я почувствовала её беспокойство быть раскрытой. Вот только, может, это всего лишь моя паранойя или же последствия недавнего стресса. Но строить дальнейшие предположения на нервной почве я не стала, решив дождаться, когда разум остынет.
— Я не знаю, — пожала плечами, улыбнулась усталой улыбкой. — Когда на меня напали, мне не удалось ничего увидеть. Все произошло слишком быстро.
— Бедная моя госпожа, — как-то даже облегченно охнула домработница, подскочив ко мне и попытавшись обнять.
Неосознанно я отступила на шаг назад, заметив, как в карих очах собеседницы промелькнуло подозрение, из-за чего мне быстро пришлось искать оправдание своих действий:
— Простите, после пережитого я вся на нервах, — виновато проговорила, уже сама делая шаг навстречу, чтобы заключить женщину в объятиях.
Этот, на первый взгляд, обычный дружелюбный жест дался мне очень тяжело, но нельзя было выдавать себя так явно.
Вскоре меня окончательно оставили один на один с моими мыслями, отчего не стало лучше. Вот почему, быстро собравшись, я запахнула халат и отправилась в покои Подина, постоянно оборачиваясь по сторонам. Как вскоре оказалось, мне еще ни разу не приходилось бывать в покоях альфы, вот почему на их поиски ушло больше времени, чем предполагалось.
Тихонько постучавшись в очередную дверь, не дождалась ответа и заглянула в нее — туда ли я вообще попала. И представшая передо мной картина заставила сердцебиение участиться и опалила щеки жаром. Открыв рот, я так и застыла, не в силах вымолвить ни слова. Затаив дыхание, в оба смотрела на широкие плечи мужчины, его ровную спину, на то, как он, шлепая босыми ногами по полу, двигался к кровати. Но вдруг он остановился и резко обернулся, позволив мне полюбоваться плавными, соблазнительными и мужественными изгибами, которые так и приковывали к себе внимание. В меру накачанный торс, завораживающие мускулы и очередной недовольный взгляд с его стороны. Что я опять сделала не так? Хотя нет, признаю, есть что, подумала я, еле сдерживая улыбку.
— Почему ты в таком виде? — недоуменно спросил он, привлекая в очередной раз мое внимание.
«Когда успел?» — возник в голове вопрос, когда мой взгляд наткнулся на черный халат, в который был облачен альфа.
— В каком таком виде? — непонимающе переспросила, все гадая, когда же он успел одеться.
— Почему ты в халате?
Пожала плечами, сама не понимая, с чего вдруг я так решила. Не говорить же ему, что одевалась на инстинктах, погрузившись в очередной раз в себя?
Как вскоре оказалось, малютка Ивар уснул — вот почему мне предложили пройти в мини-зал, пристроенный к покоям хозяина дома. Минимум мебели, зато максимум уюта. Здесь даже камин горел, но не настоящий, а искусственный. Вокруг царил полумрак, нагоняющий сонливость.
