Прикрытые глаза, бледное лицо, окровавленные уголки бесцветных губ. Разорванная в клочья одежда, глубокие раны на плече и бедре. Из-за волнения я все никак не могла понять, дышит ли он. Ноги казались ватными, но я все же смогла подойти к нему. Мое состояние явно как-то передалось маленькому наследнику, так как он тут же проснулся, хмуря детское личико. Присев на корточки, я дрожащими пальцами попыталась нащупать пульс. Но это у меня никак не получалось. Прикрыла рот, а по щекам против воли скатились первые слезы. В памяти возникли те мимолетные мгновения, когда этот несносный веселый кот помогал мне:
«— Ай-ай-ай, только муж за порог, как жена бросается в жаркие объятья любовника. Закатив глаза, осознала, что нет смысла тратить время на разговоры с этой личностью, так как он слышит только то, что хочет слышать…»
«— Не составишь мне компанию завтра в прогулке по саду? — подмигнув мне, Альв просиял своей задорной и притягательной улыбкой.
— Можно было бы, но… — наигранно расстроившись, прикусила нижнюю губу.
— Что такое? Боишься моего брата? — получив в ответ отрицательное покачивание головы, снова спросил. — Тогда что?
— Не буду ходить кругом да около. Уговори нянечек Ивара пойти с нами: хочу провести больше времени с малышом. Уверяю, это пойдет ему только на пользу.
— Тогда одной прогулки за такой героический поступок будет мало. Не думаешь?»
«— Сможешь поймать?
— Что? — ошарашенно переспросил он, начав нервно оглядываться, после чего кивнул. — Наверное.
— Смотри мне, тебе же хуже будет. — нервно сглотнув, прыгнула, доверившись совершенно чужому оборотню.
Падение длилось недолго. Свист в ушах и похолодевшие от страха конечности. После чего так вовремя меня подхватили уверенные, сильные руки, прижимая ближе к себе. Чувство самосохранения сработало запоздало, отчего я против воли вцепилась в рубашку брюнета, носом уткнувшись в его шею и учащенно дыша.
— Да ты безумнее Ингрид будешь».
Но тут вместе с воспоминаниями пришло осознание того, что Лодин тоже может быть где-то здесь, рядом. И я всем известным мне богам молилась, чтобы он был жив. И то, что мне не удалось найти его среди множества окровавленных тел, немного порадовало меня. Значит, он в порядке.
Но стоило только раздаться противной вибрации в кармане, как сердце в очередной раз упало в пятки. Малютка все это время наблюдал за мной, что-то лепеча на своем собственном языке. Вынула телефон и разблокировала его. На экране появилось очередное сообщение с выбором, от которого я пошатнулась, чуть не рухнув на землю.
«Администратор: Сделайте выбор.
1. Оживить Лодина.
2. Оживить Альва.»
Вот и настал переломный момент для меня. Прижав Ивара к себе, я беззвучно заревела, понимая, что не имею право решать, кому жить, а кому умереть. Эти два оболтуса нужны этому миру. Им пришлось не сладко: один пережил смерть навязанной любимой, которая каким-то непонятным образом обхитрила всех. Второй потерял настоящую истинную пару. И я не вправе вершить правосудие.
Истерика длилась до тех пор, пока не раздалось:
— Госпожа Лина!
Этот голос мне уже однажды приходилось слышать. Когда молодой парень, которого обременили следить и охранять меня, оправдывался передо мной за мою же подлость. И пусть я не совсем справедливо тогда с ними поступила, но сейчас была очень рада услышать его голос.
Сил встать с места не нашлось. Все, что я смогла — это обернуться назад, заплаканным взглядом наблюдая за бежавшим ко мне пареньком и еще несколькими персонами за ним.
«Опоздали», — подумала я, провалившись в бессознательное состояние после того, как передала малыша в руки охране.
НЕЛЬЗЯ
Увы, невозможно себя изменить,
Всесильным врагам покориться,
Заставить себя по течению плыть
И с подлостью жизни смириться.
Нельзя говорить, но нельзя и молчать;
Что хуже — понять невозможно.
Я чувствую, что ошибаюсь опять,
И снова на сердце тревожно.
В том мире, где властвуют ложь и разбой;
Где принцип — моя хата с краю;
Где даже нельзя оставаться собой, -
Я снова о чем-то мечтаю.
«Ксения Морару»
Очнулась я от плача моего малютки. Во рту все пересохло, глаза открывать не хотелось, а тело ныло. Что произошло? В голове — будто каша из происшествий, но стоило вспомнить случившееся в лесу, как на щеках почувствовалась влага. Слабость обволакивала, вынуждая смирно лежать, но детский плач рвал сердце на клочья, заставляя переступить через себя и встать.
Не знаю сколько времени я пребывала в небытие, но когда приоткрыла один глаз, сердце пропустило удар. Непривычная белизна резала глаза. Все пространство оказалось стерильно белым.
Опять больница? Знакомая ситуация: именно так я и проснулась впервые в этом мире.
