Вера попыталась что-нибудь сказать, но получилось только промямлить нечто невнятное про хорошую игру и приятные впечатления. Видя ее сложности, корреспондент предложил прислать вопросы на почту, она с облегчением согласилась. Но на этом все не закончилось, заставили делать фотографию с сусальным кубком, медалью и планшетом. Что ж, планшет – это не так плохо, можно продать, он еще запакованный. Фото наверняка будет смешным и нелепым из-за того, что она пытается удержать все это добро в руках. Вера не к месту вспомнила о мультике про пластилиновую ворону, который однажды показывал ей папа. Тогда она мультик совершенно не поняла, а сейчас вспомнился смешной кадр, где счастливая корова пытается удержать седло большое, ковер и телевизор, который, может, вру́чат, а может быть, вручáт. Только корова счастливая, а Вера – нет.
Сидя на кровати с полотенцем-чалмой на голове, Вера рассматривала упаковку айпада и воровато поглядывала на дверь. Не хотела оказаться застигнутой врасплох, чтобы не пришлось краснеть от неловкости и прятать большую коробку под одеяло. Она уже прошерстила «Авито» и узнала, что даже бэушный планшет такой модели стоит шестьдесят с чем-то тысяч. Можно нормально так разжиться. И канцелярку новую купить, и вещи, и родителям домой что-нибудь, а еще отложить на коррекцию фигуры, как и хотела. А можно не продавать, оставить себе и снять красивую распаковку для инсты. Например, на пляже. Тем более сегодня все равно нет никаких планов, кроме вечерней жеребьевки по классике. Хотя при чем тут море и айпад? Да ни при чем, просто хочется, чтобы в ленте наконец было хоть что-то красивое.
Подушечки пальцев беспокоил зуд. Пальцы тянулись гладить экранную ленту. Вера подумала секундочку и решила, что, раз она победила, можно снять вето на инстаграм. Кивнула себе для подтверждения и полезла смотреть примеры рилз с распаковкой, но по дороге задержалась и посмотрела свою ленту, ленту мамы, ленту турнира и вообще всевозможные ленты во всех соцсетях. Шахматная группа как раз сделала пост, который сообщал о предварительных итогах на чемпионате страны и о победе Веры в этапе по рапиду. В списке лайкнувших попалось знакомое лицо.
И снова здравствуйте, Светлана. Ой, какой захолустный профиль. Вроде бы соседка не из такого уж глубокого Подмосковья. Долгопрудный, что ли, или что-то другое на Д. Судя по ленте, в городке было много дворовых кошек и заброшек, а еще деревьев, рельсов и граффити. Самой Светы в пейзажах Долгопрудного – или чего-то другого на Д – почти не было. На редких четких фото в рост лицо было закрыто телефоном или затерто в редакторе. Странная нелюбовь к лицу, которое она так ярко красит. Может, поэтому и красит? Вера отлистала ленту в самый низ и увидела старые картинки тех времен, когда запостить размытое фото ног в кроссовках было высшим шиком. С одной слишком контрастной – по моде трехлетней давности – фотографии ей улыбалась маленькая Света в обнимку с мамой, а позади их светлых голов маячила мужская футболка и часть предплечья. Подпись под фото гласила: «Моя семья».
Вера вздрогнула всем телом, как от прикосновения холодных парикмахерских ножниц к шее. Крепкая волосатая рука с треском опускается на светлую голову и хрупкие кости, крепкая волосатая рука оставляет черные синяки на прозрачной девичьей коже, крепкая волосатая рука лежит на спинке кресла как клешня морского чудовища. Вера по-боксерски отбросила телефон и, пока не передумала, закинула коробку с айпадом на кровать Светы. Чтобы не отвечать на неудобные вопросы, она быстро оделась и, как была, с мокрой головой, выскочила из номера. Страшновато было наткнуться на соседку или Артема Николаевича – или еще кого-то, кто захочет сбить с нее решительность бежать, но холл оказался пустым и тихим. Раздвижные двери лениво разъехались, как будто в санаторий их тоже отправили отдыхать, а не работать. С улицы дохнуло сладкими цветами и канализацией.
Едва поставив ногу на первую плитку дорожки, Вера уже пожалела о минутной слабости и передумала отдавать приз. Хоть бы Света ничего не поняла и коробка вернулась обратно. Но тогда придется объяснять, что она имела в виду. А она и сама не знала, что именно, только понимала, что победа досталась ей не по заслугам, не по правде. Пока это известно ей одной, но скоро станет ясно всем. Наверное, это откроется уже на завтрашнем туре по классике. Или ей это выскажут соперники, или она отвратительно проиграет, или еще что-то произойдет.