Вот теперь, на подходе, стало немного волнительно. Кто попадется сегодня в соперники, в какой он или она форме, в какой форме она сама? В голову лезли варианты, что́ может пойти не так. Физическая вялость, плохо помнишь свои дебюты, какая-то тревожность, от которой начинаешь ускоряться, не выспалась или переспала – и ничего не получается, спина мокрая, допускаешь ошибку за ошибкой, рассыпаешься в таких позициях, в которых вчера играла бы вслепую. И ничего нельзя сделать. Еще утром казалось, что она готова рискнуть и другого способа заработать нет, теперь же Света с тоской размышляла, что лучше бы устроиться курьером, чем портить рейтинг из-за сиюминутной надобности. Но деваться уже было некуда, она пришла.
В прохладном холле сидел парень-организатор, собирал деньги и раздавал сдачу. Света назвала свою фамилию, парень с интересом глянул. Она оставила драгоценные пятьсот рублей и свою подпись под списком участников, отошла ждать жеребьевку. В полупустом игровом зале было уже душно. То ли еще будет, когда придут все участники: до начала оставалось десять – пятнадцать минут. Света разглядывала будущих соперников, пытаясь угадать, кто из них может стать для нее главным конкурентом. Вывесили жеребьевку. Фамилия соперника ни о чем не говорит, но она играет белыми, уже неплохо. Света нашла свой стол по жирному номеру на карточке, повесила рюкзак на спинку стула и принялась ждать соперника. Интересно, будет дедок какой-нибудь или кто-то ее возраста? В принципе все равно, лишь бы послабее. Играть с сильным соперником уже в первом туре – рискованное мероприятие.
Через минуту он появился. Мальчик лет десяти-одиннадцати на вид. В группе шахматисты с рейтингом до 2200, значит, у него уже есть такой. Сел, поправил привычным движением свои фигуры, выровнял под рукой бланк записи партии, без спешки выпил водички. Света поняла, что не новичок, но слишком рисуется, это хорошо, может напортачить. Несколько минут напряженного стартового ожидания, и судья сказал: «Уважаемые игроки, можете начинать».
Ну, поехали. Света начала уверенно, но уже на пятом ходу мальчик выбрал неожиданный вариант. Сразу стало страшно. Этот вариант они с папой разбирали давно, она почти ничего не помнила, кроме того, что папа сказал: «Фраера сюда не ходят». А лучше бы он не остроумием блистал, а разучил с ней вариант. Черт, неужели пацан так готов в дебюте, что фраером быть ей. Света попыталась успокоиться и сделала парочку естественных ходов, но мальчик был готов и отвечал моментально. Из этого следует неутешительный вывод, что он свой вариант знает хорошо и ведет игру по подготовке. И что, блин, делать? Позиция сложная, она не помнит, что дальше, а противный пацан явно выучил теорию и собирается отбарабанить еще ходов пятнадцать без паузы. И тут Света вспомнила слова тренера в шахматной школе, что если все пошло наперекосяк по дебюту, соперник затащил тебя в свой вариант, ты ничего не помнишь, то постарайся сбить его с толку, удиви чем-то нестандартным, пусть и не лучшим, чтобы сопернику пришлось за доской решать новые проблемы, а не только вспоминать, что было при компьютерной подготовке. Вот сейчас хороший момент для этого. Если прыгнуть конем вперед, то, может быть, он попадется в эту маленькую ловушку и тогда, кажется, у нее появится шанс. И вряд ли этот ход он смотрел дома, уж больно он неожиданный. Задумается, потеряется, ошибется. Ну что, давай, вперед – идем Ке4.
Не успела Света сделать ход и переключить часы, как сама сразу все поняла. Ужасный зевок: простой ответ соперника Фd5 приводит к потере фигуры. Если соперник найдет этот ход, то шансов не будет никаких. Вот напортачила – как так можно? Прошла томительная минута. Хода не было. Мальчик напротив сидел с растерянным выражением лица. Света стала робко надеяться, что он не видит верного решения. Может быть, он просто в теории поднаторел, а импровизирует не очень. Тогда есть шанс.
Мальчик посидел еще немного. Света все это время боялась пошевелиться и выдать себя. В таком же состоянии она пребывала, когда папа загонял ее в угол в коридоре. Дальше отступать некуда, за нами Москва. Соперник посмотрел на нее повнимательнее, попил водички, потом тяжело вздохнул и сделал ход. Фd5. Вот и конец.
Не то чтобы Света всерьез рассчитывала на чудо, но все же надежда успела обжиться в голове за эти несколько минут. Теперь она чувствовала опустошение и равнодушие. Вот уж удивила так удивила. Фраер – вот кто она. Или как это сказать в женском роде? Несколько минут Светина голова была занята этим вопросом. Так и не подыскав феминитива, она сделала еще несколько ничего не значащих ходов, которые уже не могли ничего изменить. Мальчик играл спокойно и профессионально, не выражал ни удивления, ни пренебрежения к ее неловкой игре. Вообще ничего не выражал, просто машина без тормозов. Вот же гад. Света сделала пристойные тридцать ходов и сдалась. Шансов уже не было никаких. Позор.