Со своими однокурсниками я быстро подружилась, у нас образовалась крепкая и веселая компания. Очень надеюсь, что я их своей инаковостью не раздражала: никогда не была высокомерной и ничего из себя не строила. Но и не прибеднялась. Такая, какая есть. Да, еще мне всегда были искренне интересны другие люди. Разные. Я пытаюсь их понять, от души им радуюсь. Если я вижу, что в чем-то знаю больше, немедленно делюсь знаниями. Без всяких нравоучений. От души.
Я была другой. Ну так получилось! Москвичка, окончила языковую школу, играла на пианино и была за границей: «Да я вам сейчас все расскажу! Подробно!» У меня всегда получалось влиться в разные коллективы. Как? Думаю, от вот этой самой любви к людям и интереса к ним. Человек всегда чувствует искренность.
Недавно встретилась с одной моей бывшей одногруппницей.
– Ты, Ленка, всегда была с другой планеты.
– Как это?
– А вот так. Мы все тебе удивлялись. Но тянулись за тобой. С тобой было интересно.
Я не стала раскрывать своего секрета: это все потому, что мне было с вами интересно.
На этом весь интерес к институту заканчивался. То, что там преподавали и как, – было просто как страшный сон. У меня началась легкая паника. Я не понимала: зачем? Почему я вот это самое должна учить? А дальше что? Это означает, что мне всю жизнь сводить дебет с кредитом? Вот в этих самых балансах? Для этого, что ли, живу? Чтобы в двадцать лет угробить свою жизнь?
Интересно, что остальным нравилось. В основном. Эти девчонки и мальчишки точно знали, куда они приехали и чему они будут учиться. А еще они знали, что их ждут в родных селах. По возвращении они станут главными бухгалтерами в местных хозяйствах, вздохнут с облегчением их родители, жизнь их семей станет легче и обеспеченнее, а мамы с папами будут ими гордиться.
Что будет у меня? Чем тут гордиться? Сидит в подвале в нарукавниках и считает на счетах? Ой, только не рассказывайте, что у нас все профессии в почете. Именно тогда я очень четко поняла: совсем даже не почетно занимать чужое место, что я, собственно, и делала, учась в этом институте. Про то, что могу просто угробить какое-нибудь прекрасное хозяйство своей некомпетентной работой, я пока еще не знала.
Опять хочется найти виноватых. Не так учили, не заинтересовали, не зажгли. Да, честно вам скажу, из всех педагогов с теплом помню одну учительницу по товароведению. Она единственная относилась с пониманием к моей первой любви и к тому, что четыре года я ходила за руку с одним и тем же мальчиком. Педагог обязан не только наукам учить, но учить конкретного студента. Для этого жизнь того студента ему должна быть известна и небезразлична. Так мне кажется. Поэтому и науку товароведение я не то чтобы полюбила, но принимала.
А еще мне нравился преподаватель по теории относительности. Он нам рассказывал истории. Через них вводил нас в мир цифр и разных схем. К доске вызывал нас следующим образом:
– Сегодня вызываю тех, кто… – он оглядывал огромную аудиторию: – Кто в красном.
Те, кто в красном, тут же начинали сползать вниз. Мы, девчонки, уже знали, что кофт на себя нужно надевать несколько. И если что, просто быстро верхнюю снимать.
На экзамене нужно было перед началом ответа рассказать анекдот. Это, как правило, помогало. Меньше четверки он не ставил.
Мне достался совсем ужасный билет. Анекдот рассказала. Видимо, с настроением у педагога в тот день было вяло.
– Что в билете?
Я молча протянула билет.
– Ну?
Я решилась на еще одну попытку:
– А еще я по-немецки говорю.
Он молчал.
– Свободно.
– Говори!
Я почему-то рассказала ему про дивный город Веймер, где родилось огромное количество прекрасных музыкантов. Включая Баха и Бетховена.
– Все?
– Могу на любую тему.
И вдруг он сам начал говорить на немецком. А я отвечать. Так мы поговорили минут пять.
– Ставлю четверку за то, что подняла мне настроение.
Он рассмеялся, потер руки и посмотрел на дрожащий зал.
– Всем, кто пришел в синем, сразу ставлю пять!
И все-таки не всем я нравилась. Кого-то я раздражала. Я никогда не стремилась в начальство. Староста группы или ее заместитель – это никогда не было моей темой. Старостой стала Лариса. Высокая худощавая девушка с гордо поднятой головой. Серый костюм в мелкую клеточку с узкой юбкой, хлопчатобумажные рубашки – в противовес – в полосочку, под мышкой портфель. Она никогда не ходила одна. С двух сторон обязательно семенили ее бессменные ординаторши Таня и Валя.
Именно они предложили Ларису на должность старосты. Поскольку никто еще никого не знал – это было первое собрание группы – и всем по большому счету было все равно, Ларису выбрали единогласно. Как выяснилось впоследствии, девушек поселили в общежитии в одну комнату. Лариса им так и сказала: «Я буду старостой».
– А откуда знаешь?
– Так вы меня предложите!
– А…
