Первым крупным городом, захваченным крестоносцами, стал армянский город Эдесса, который 11 лет до этого события подчинялся сельджукам. В феврале 1098 года Бодуэн Булонский въехал в Эдессу и утвердился здесь в качестве правителя графства Эдесского.
Летом 1099 года герцог Готфрид, прозванный Великим, стал героем, но героем трагедии. Он овладел Иерусалимом, изгнав из него фатимидский гарнизон, после чего последовала жуткая резня мирного населения, в которой погибло множество мусульман и иудеев. Победа подняла воинский дух захватчиков, который выплеснулся на мирных жителей в виде ничем не оправданного насилия. Завоеватели не щадили ни женщин, ни детей. Их зверства потрясли жителей Ближнего Востока, где в то время относительно мирно уживались различные конфессии. Так возникло Иерусалимское королевство, включавшее Палестину и часть Сирии.
22 июля 1099 года Совет церковных и светских предводителей крестового похода избрал главой Иерусалимского княжества Готфрида IV Бульонского, который отказался от королевской короны, сказав, что не желает носить ее на земле, где Иисус Христос ходил в терновом венце. Формально управление Иерусалимом перешло к патриарху Даимберту Пизанскому.
Приход европейцев способствовал сплочению враждующих сил внутри исламского мира, но эта связь не была прочной. Одновременно с появлением крестоносцев на Ближнем Востоке, среди гулямов, состоявших на службе у мусульманских правителей, резко сократилось число христиан. Военизированные отряды невольников правители предпочитали пополнять язычниками, обитавшими на территории Великой степи.
В то время когда в восточные провинции халифата затекали тюркские племена, покинувшие территорию современного Казахстана, а Византия стала базой крестоносцев, на Кавказе формировалась сила, которая позже оказывала влияние на страны мусульманского Востока.
Тюркские поселения на Кавказе существовали с давних времен. Историк Б. Лагашов в работе «Тюркские топонимы на северо-востоке Ирана» пишет: «Размещение тюркских народов в Закавказье связано не только с исторически сложившимися условиями их миграции в Иран X–XII вв., но и государственной политикой многих правителей, которые укрепляли свою власть, создавая заслон воинственными племенами тюрков».
Подтверждения этому сохранились и в средневековых летописях. Так, в «Истории албан» Моисей Утийский сообщает: «Правителем Армении Бабиком была выделена земля в области Сюник предводителям тюрков Гору и Газану».
Если верить средневековой хронике Леонтия Мровели и комментариям этого труда современными историками, то словосочетание «бун-турки» означает «коренные турки». Оказывается, так с древних времен именовала себя часть населения страны Картли, что само по себе свидетельствует о давних связях грузин и кочевых тюрков. Хотя официально принято считать, что в XI веке их отношения были всего лишь союзническими.
Между тем другой средневековый автор Матвей Эдесский сообщает о конфликте эмира Ганзака Хази с Давидом IV в 1121–1122 гг. и приводит интересные цифры. Под командованием царя Картли выступило 15 тысяч кыпчаков, 500 алан и 100 франков. Летописи также свидетельствуют, что тюркские воины, состоявшие на службе правителей Кавказа, обеспечивали не только оборону страны. Они совершали регулярные набеги на территории, находившиеся под властью мусульман. Например, арабский историк ибн ал-Асир сообщает: «В 514 году Хиджры (1120 г.) произошло вторжение курджов в мусульманские области, они выступили вместе с кыпчаками».
В ответ мусульманское войско вторглось в Грузию и приблизилось к Тбилиси. Армия царя Картли выстроилась, чтобы сразиться. Арабский историк приводит пример тактики ведения боя: «200 всадников кыпчаков выступили вперед. Мусульмане подумали, что они хотят сдаться в плен по аману и поэтому не приняли мер предосторожности, смешавшись с ними, были встречены стрелами. Ряды мусульман пришли в расстройство, и поэтому те, которые стояли дальше, вообразив, что началось бегство, обратились также в бегство. Войска бежали друг за другом и из-за сильной давки сшибали друг друга, вследствие чего многие из них были убиты».
Этих 200 всадников ибн ал-Асир неслучайно называет «кыпчаками», поскольку перед турками-сельджуками выдать себя за перебежчиков могли лишь тюрки-кыпчаки, которые говорили с ними на одном языке. Следует заметить, что такую же тактику применяли и египетские мамлюки в сражении с монголами.
Согласно историческим фактам, в 1122 г. кыпчаки и аланы участвовали в освобождении Тбилиси, а в 1123–1124 гг. они совместно с грузинами совершили поход на Ширван. Летописцы Давида IV сообщают, что численность кочевников, принимавших участие в этих походах, достигала 50 тысяч воинов.
