Сергей млел от её внимания и практически без пауз раз за разом доставал из своей памяти приключения, которые он пережил за последние три года. Его было интересно слушать. Хорошая должность в какой-то питерской компании позволяла ему часто выезжать за границу в самые необычные места. И, конечно, мы внимали ему как заворожённые. У парня был отличный опыт, прекрасное умение ораторствовать перед публикой, хорошие манеры. Он умел обращаться с женщинами так, что даже та, что заставляла его сердце биться сильнее остальных, не могла бы обвинить его в том, что к остальным он был невнимателен.
Это был настоящий мужчина, который умел быть одинаково любезным с каждой представительницей прекрасного пола. А ещё он был похож на нашего на тот момент президента. И это было особенно забавно.
Увидев меня, Сергей подставил стул и любезно поинтересовался о том, как я выспалась. Я ответила, что мне удалось немного вздремнуть, но в целом состояние подходящее, чтобы продолжать праздновать Новый год.
Мы посидели немного в той же компании, а потом Сергей куда-то удалился, оставив нас с Маринкой в окружении других ребят, подхвативших тему с историями от Сергея и принявшихся рассказывать нам теперь уже о своих приключениях. Но, признаться, было это не так интересно, как то, что мы слушали ранее от нашего друга. Да и манеры их были совсем не те, что мы видели ранее. Всё-таки женщинам очень комфортно находиться в кругу таких, как Сергей. Даже если вы не его подруга жизни.
Мало-помалу я начала немного скучать. Вдобавок рядом оказалась странная парочка: довольно-таки приятный парень и, видимо, ревнующая его девица, которая бросала на меня колкие взгляды каждый раз, когда я её друга о чём-то спрашивала. Вскоре её герой и сам это понял и, дабы не портить отношения с девушкой, перестал со мной разговаривать. Обстановка становилась немного напряжённой. Все ждали Сергея, но тот почему-то не приходил. Возможно, он впервые за весь день решил куда-то отлучиться, и это сразу же стало заметным: заводилой он был тем ещё. Что ж, это было его право. Но без него было откровенно скучно. Маринка стала слегка потухши улыбаться и всё время посматривать в ту сторону, куда ушёл её герой.
И тут почему-то я решила её оставить.
Странное чувство влекло меня на другой конец нашего длинного стола. Сначала я увидела вдалеке нашу подругу Ирку, достаточно шумную весёлую девочку. Она кокетничала с парнями и строила им глазки, но, когда дело доходило до дальнейших действий, неизменно сбегала. Я бы, может быть, никогда бы не стала дружить с такой особой, если бы она не стала сама делать мне комплименты, всячески показывая, что очень хочет со мной общаться, и пытаясь таким образом обратить на себя внимание.
У Ирки были хитрющие красивые глаза и кудрявые волосы, она ярко и шумно демонстрировала всю свою кипящую энергию и, казалось, абсолютно никого не стеснялась. Обычно я поначалу держала на расстоянии таких людей, но Ирка была неумолима. Заметив, что я смотрю на неё с другой стороны стола, она начала махать мне рукой и зазывать в свою компанию.
И, так как я успела заскучать за своим концом стола, я повелась на её приглашения и решила переместиться к зовущей подруге.
В этот самый момент я и решила оставить Маринку, уверенная, что вскоре вернётся Сергей и они смогут вдоволь насладиться общением друг с другом наедине. А мне им и незачем мешать.
К тому же Сергей как настоящий джентльмен, увидев издалека девушку в одиночестве, поспешит к ней с ещё большим рвением.
Я медленно двигалась мимо нашего длинного стола, ловя обрывки фраз сидящих за ним людей. Кто рассказывал о вчерашней ночи, кто говорил о ситуации в стране, о работе, о шмотках, что можно приобрести здесь дёшево на рынке и увезти с собой. Всё это постепенно становилось для меня неинтересным, каким-то пресным, не подходящим Гоа. Приехав в Индию, я желала поймать здесь то, чего не могла в Питере. Мне хотелось каких-то особенных бесед, выходящих за рамки обычной материальной жизни. В конце концов зачем везти в Гоа ту часть себя, которая давно уже приелась и надоела, будто изжила себя?
Наверное, я всегда была одиночкой и все свои самые главные шаги в жизни делала одна. Не хочется говорить, что я какая-то особенная, все мы необычны по-своему, но с того самого момента, как я отделилась на Парадайзе и пошла прогуливаться по берегу, я поняла, что и впредь мне хотелось бы составить впечатление об этом месте, не будучи присоединённой к группе людей, живущих сугубо материальными частотами. А может быть, я просто плохо их знала? Возможно. Ребята были хорошие, у каждого был свой интересный мир, но все они, на мой взгляд, не желали идти в ту сторону, куда отчаянно стремилась я, – в сторону абсолютной свободы от мира, в котором жила в Питере.
