Ремус уже давно смирился с тем фактом, что его ждет тяжелая и непростая жизнь. К тому же, судьба и так подарила ему то, о чем он раньше и мечтать не мог — друзей. Самых лучших друзей, которые только могут быть. Друзей, которые принимают его со всеми его особенностями, которые всегда рядом и всегда поддержат. И которых он каждый месяц подвергает смертельной опасности. Поэтому подвергать опасности еще одного человека, и лишать его нормальной жизни, Ремус никогда не станет.
Мародеры не согласились с его решением, но дальше спорить не стали.
Ремус весь день собирался с духом, подбирал слова и планировал, что скажет и как. Он надеялся, что Эшли спокойно это воспримет, все-таки, они не так давно знакомы и не так много времени проводили вместе. Хотя, лично ему, вполне хватило времени, чтобы позволить себе лишние мысли и надежды.
Он решил, что завтра обязательно с ней поговорит.
***
Вечером пришли Джеймс с Лили и сказали, что встретили Хагрида, который завтра приглашает их всех посмотреть на его нового питомца.
— Судя по его довольной великаньей физиономии, — сказал Джеймс, садясь рядом с ним на диван, — я надеюсь, что это какой-нибудь нюхлер, а не дракон или химера.
— Хагрид бы не стал заводить опасных существ, — сказала Лили, строго глядя на Джеймса.
— О, Лили, дорогая, — улыбнулся он, приобнимая ее за плечи, — помяни мое слово, когда-нибудь Хагрид обязательно заведет себе дракона.
— Или химеру, — добавил Ремус, соглашаясь с Джеймсом.
Лили принялась убеждать Джеймса, что он не прав, и всеми способами заступаться за Хагрида. Джеймс с ней спорил и стоял на своем, говоря, что им еще повезет, если Хагрид заведет всего лишь дракона, а то может случиться и так, что он выведет какую-нибудь помесь, состоящую наполовину из дементора, наполовину из нунду.
— Я бы на это взглянул, — сказал Ремус, представив этого монстра, — правда, откуда-нибудь издалека, с безопасного расстояния.
Они над этим еще недолго посмеялись, придумывая все более нереальные гибриды, до которых мог бы додуматься Хагрид, пока Лили не спохватилась, что им еще надо делать эссе по Трансфигурации. Джеймс, конечно же, сразу воспротивился, но Лили была непреклонна.
В итоге Лили, обложившись учебниками и тетрадями, корпела над домашней работой, а Джеймс ей постоянно мешал, то поцелуями, то шутками, то рисуя ей что-нибудь на краешке пергамента.
Лили хоть и хмурилась, делая вид, что Джеймс ее только отвлекает, но с губ не сходила улыбка. Ремус на них насмотреться не мог. Они выглядели невозможно счастливыми. Они с такой любовью и теплотой смотрели друг на друга, с такой заботой относились друг к другу, что казалось, будто рядом с ними, с их искренней и чистой любовью, даже ты сам становишься лучше.
И стоило Лили столько лет сопротивляться?
Ремус не знал пары, более подходящей друг другу. Лили рядом с Джеймсом становилось еще более открытой и дерзкой, пропадала ее излишняя строгость и мания все контролировать, пару раз Ремус даже замечал, что в ней появляется авантюризм и безрассудство, совершенно ей не свойственные. Джеймс же рядом с Лили, напротив, становился более ответственным. Он перестал заниматься членовредительством и травлей других студентов, разве что слизеринцам еще изредка достается. Перестал срывать уроки и сбегать с Сириусом с занятий, только для того, чтобы развеять скуку последнего. Он перестал постоянно играться со своим снитчем, красуясь и привлекая внимания девушек.
Теперь Джеймс постоянно окружает Лили заботой и чуть ли не пылинки с нее сдувает, готовый носить ее на руках круглые сутки. Он стал заранее готовить домашнюю работу, а не списывать ее в последний момент перед уроком. Он даже пару раз ходил с Ремусом и Лили в библиотеку, правда, по большей части он их отвлекал своими шутками, но сам факт вызывал уважение. Он больше не дерзил преподавателям, только чтобы развлечь Сириуса и не участвовал с ним в жестоких розыгрышах над другими. Хотя Джеймс по-прежнему поддерживал Сириуса в любых мелких проказах и соглашался с ним на разные авантюры, но теперь все это делалось через призму «насколько сильно Лили на это рассердится», и если ответ был: «она лишь покалечит, но не убьет», то можно было соглашаться.
Джеймс и Лили были прямым доказательством того, что настоящая любовь существует. И что иногда за нее приходится побороться, как добавил бы Джеймс. Ремус всегда восхищался им, его непробиваемой упертостью и верой в себя. Он сомневался, что кто-то еще способен на протяжении более четырех лет добиваться внимания девушки и, в конце концов, добиться его.
Ремусу взгрустнулось из-за того, что ему о таком даже мечтать нельзя, но он быстро прогнал плохие мысли.
Договорившись с Джеймсом и Лили, что завтра днем они сходят к Хагриду, Ремус отправился спать.
***
