— Не переживай, Снейп, — произнес он, — она продолжит тебе писать каждую пятницу. И если к двадцатому числу ты предоставишь готовое зелье, то Рождество вы встретите вместе.
— А потом? — спросил Северус. — Что будет потом?
— Всё зависит от того, как ты себя проявишь, — ответил Мальсибер. Он развернулся и кивком головы позвал Крауча за собой. У выхода он остановился и повернулся. — Говорить обо всем этом, разумеется, никому не следует.
Мальсибер вышел, а Крауч сказал напоследок:
— Чтобы вечером ты уже был тут, Снейп, когда я приду после ужина.
Когда за ними закрылась дверь, Северус вновь взглянул на рецепт. Разнообразие ингредиентов вводило его в ступор. Тут были и части животных и насекомых, корни и плоды различных растений, редкие породы камней и металлов, пара минералов. Из всех этих ингредиентов можно приготовить более трех десятков зелий, но что можно сварить из всего этого используя разом, Северус не представлял. Даже мельком взглянув на рецепт, он видел, что часть ингредиентов нельзя использовать вместе, а указанная дозировка некоторых из них и вовсе губительна.
Он развернул сверток и достал толстый дневник, из которого торчало множество закладок. Все записи в нем были сделаны неразборчивым почерком и имели массу помарок, часть из них и вовсе была на незнакомом языке. Как предположил Северус, язык был Болгарский.
Северусу всё это казалось злой шуткой.
На занятия он не вернулся. Северус сейчас находился совершенно не в том состоянии, чтобы спокойно сидеть на уроках. Да и он еще не был готов отвечать на вопросы друзей, куда он пропал после завтрака.
Северус зашел в совятню, отправить матери письмо с требованием немедленно всё объяснить, и пошёл в библиотеку.
У него не было даже примерных идей для чего может использоваться требуемое зелье, поэтому книги он брал наугад. Благо, разрешение в Запретную секцию от Слизнорта у него было на весь предстоящий год и была возможность взять более толковые книги.
Взяв с дюжину толстых фолиантов, он устроился в своем углу.
Он элементарно не знал, с чего начать. В голове все еще крутилась только одна мысль. Мысль о том, что Пожиратели как-то пробрались в дом и контролируют его мать. Он терялся в догадках, как такое возможно и упорно отрицал идею, что Эйлин с ними в сговоре.
Как бы Северусу не хотелось сейчас же отправиться домой и все выяснить лично, он понимал, что ничего хорошего он этим не добьется. Он только подвергнет себя угрозе и потеряет драгоценное время.
Сколько бы Северус не уверял себя, что Пожиратели оставили его в покое, в глубине души он всегда знал, что они еще придут. Как знал и то, что в случае угрозы для жизни и здоровья Эйлин, он примет их условия. И вот этот день настал, а он оказался к нему совершенно не готов.
Сейчас у него не оставалось никаких сомнений, что именно Пожиратели каким-то образом травят его мать. А значит, ее здоровье полностью в их руках. И ему остается лишь одно — приготовить требуемое зелье, в надежде, что на этом все и закончится. Хоть он и понимал, что еще летом Эйлин была права, сказав, что Пожиратели на этом не успокоятся. И если он справится с их зельем, они будут использовать его снова и снова. Что подтверждала и последняя сказанная фраза Мальсибера.
Голову Северуса сейчас полностью занимали мысли, как бы быстрее приготовить необходимое зелье. Но и чувство, неприятно шевелящееся в груди, никак не давало ему покоя. Чувство, что говорило ему, друзья его за это никогда не простят.
Северус никогда не считал себя обладателем высоких моральных принципов. Он не отличался безрассудной храбростью и благородством, как Джеймс. Он не стремился подавить свою темную сторону, изо всех сил стремясь к свету, как Ремус. Он не был таким отчаянно смелым, как Сириус, чтобы бросать вызов всем и каждому.
Он втайне от друзей интересовался Темными искусствами, изучая лишь ее теорию. В отличие от друзей, он считал, что знать основы необходимо, чтобы понимать, чему противостоять и как вообще работает эта сфера магии.
Он не разделял их преклонения перед Дамблдором. Северус, безусловно, его уважал, не умаляя всех его достижений, но не понимал их слепой веры в директора.
Он никогда не бросался в омут с головой, будь то очередная авантюра или бессмысленный риск, предпочитая вначале прикинуть всевозможные последствия. Он никогда не искал в людях лучшее, понимая, что в каждом есть темная сторона и не всегда это плохо. Он никогда лишний раз не ввязывался в открытый конфликт и не доставал, чуть что, палочку, предпочитая уничтожить врага используя лишь свой ум и придумывая для него что-то поистине изощренное.
Но как бы много различий у него не было с остальными Мародерами, их дружбой и уважением он дорожил больше всего в своей жизни. Они показали ему, что такое настоящая дружба, преданность и поддержка. Что можно бескорыстно помогать. Что людям может быть не важно ни твое финансовое положение, ни твое положение в обществе. Что тебя могут любить вместе со всеми твоими скверными привычками, делая из них твою изюминку и особенность.
