— Ты не о том переживаешь, Лили, — сказал Джеймс, приподнимая брови. — Это МакГонагалл надо волноваться, как она будет смотреть в глаза нам.
Лили, похоже, все еще не разделяла его веселья.
— Не каждый день увидишь лучших студентов школы в столь интимной обстановке, — сказал он. — Не просто лучших студентов, а еще и таких красивых! Это как порно, даже лучше!
Лили закрыла лицо руками. Из Джеймса все еще рвался смех, и, в конце концов, он не выдержал, громко рассмеявшись.
— Только представь, Лили, — сказал он, отдышавшись и отнимая руки от ее лица, — теперь на уроках она будет говорить: «прекрасно, мистер Поттер, десять баллов Гриффиндору», — он удивительно точно спародировал строгий тон профессора, — а в голове представлять мой восхитительный зад.
Лили смотрела на него, вытаращив глаза, но уже в следующую секунду рассмеялась звонким, заливистым смехом.
Джеймса веселило еще то, как на это отреагирует Сириус. Того однажды застукала в подобной ситуации преподаватель Прорицаний. Но Джеймсу, безусловно, удалось его обойти в их негласном соревновании.
— Вот черт! Записки! — воскликнул Джеймс, вспомнив о коробке с его посланиями. — Жди меня тут, я сейчас.
Джеймс бросился обратно в кабинет, надеясь, что МакГонагалл еще не успела прочитать его записки, поскольку содержание некоторых из них было весьма интимного характера.
Он ворвался обратно в кабинет, едва не налетев на профессора, которая все еще стояла в проходе, держась за сердце. Джеймс всерьез обеспокоился ее состоянием.
Он бросил взгляд на парту, где лежала опрокинутая коробка и рассыпанные записки. Он боком обошел профессора, в два шага подошел к парте, схватил коробку и, одним движем палочки, сложил все записки внутрь.
Джеймс прокашлялся, привлекая внимание профессора, и сделал шаг навстречу.
— Профессор МакГонагалл, с вами все хорошо? — участливо спросил он, запуская руку в свои волосы, который и так торчали сильнее обычного.
— Исчезните с глаз моих, Поттер, — отчетливо произнесла она, даже не глядя на своего студента.
Джеймс закусил губу, чтобы опять не расплыться в глупой улыбке. Он так же боком обошел профессора и побежал обратно к Лили.
Уже приближаясь к ней, он вдруг сообразил, что с этой ситуацией, даже не поинтересовался о ее самочувствии. А для нее, должно быть, это важное событие.
— Лили, — позвал он, подходя к ней. — Как ты себя… чувствуешь?
Он даже представить не мог, что чувствует девушка в момент своей первой близости. И лишь надеялся, что она не испытывает страшных мук.
— Хорошо, — улыбнулась она.
— Правда? Тебе не было… — Джеймс сильно краснел, не зная, как задать неудобный вопрос, — не было больно? Или…
— Было больно, — кивнула она, — но терпимо. И не так страшно, как говорили девочки, — Лили снова улыбнулась и прижалась к нему, обхватывая руками спину. — Я рада, Джеймс, что это наконец-то случилось.
— Я тоже рад, — тихо сказал он, обнимая ее свободной рукой, и целуя в макушку.
Джеймс удивлялся, как быстротечна жизнь, еще час назад он чувствовал себя глубоко несчастным, думая, что в жизни его уже не ждет ничего хорошего. А сейчас он готов был воспарить над землей, окрыленный любовью Лили.
Он был бесконечно счастлив, что она смогла его простить, и он поклялся, в первую очередь себе, что больше никогда не допустит того, чтобы она страдала.
Джеймс и сам очень мучился все это время без нее, и боялся представить, каково пришлось Лили. В одном она была права — Джеймс бы никогда не простил ей такой поступок, который совершил сам. И сейчас он хотел полностью прояснить этот момент, постаравшись убедить ее, что он никогда подобного не повторит.
— Лили, — мягко позвал он ее. Она оторвала голову от его плеча и вопросительно на него посмотрела. — Лили, я хочу сказать, что я безумно сожалею об этом поцелуе… Я никогда еще, ни о чем так не желал, как об этом. И надеюсь, ты понимаешь, что я никогда больше в жизни так не поступлю.
— Каком поцелуе? — нахмурившись, спросила она.
— Ну… том, с пуффендуйкой.
— Поцелуе? — опять спросила она, отстраняясь.
У Джеймса закрались сомнения, что Лили об этом не знает. Его пробрал страх, от мысли, что Лили обиделась на него за то, что он проводил время в компании девушек, в то время как она его ждала в гостиной, и о поцелуе знать ничего не знает.
— Да, — сказал Джеймс, с ужасом ожидая ее реакции. — Мы с ней целовались… Ты не знала? — дрогнувшим голосом, спросил он. — Это даже не поцелуй был, так… какая-то нелепость, — начал тараторить он, в попытке оправдаться. — Я просто задел ее губами. Возможно, кто-то бы и назвал это поцелуем, но я так не считаю…
— Только ли поцелуй был, Джеймс? — прервала она его, сложив руки на груди и в упор глядя в глаза.
— Конечно, — ответил он. — А что еще?
— Хочешь сказать, ты с ней не… спал? — спросила она, с холодом в голосе.
Джеймс рассмеялся.
— Спал? — удивленно переспросил он, вскидывая брови и улыбаясь. — Лили, это шутка?
Лили все еще хмурилась, с непониманием глядя в глаза.
