— Переживаешь за своего непутевого братца? — ядовито спросила она. — Или за его подружку?
Регулус ничего не сказал, ожидая ответа на свой вопрос и прямо глядя ей в глаза. Но Беллатриса не спешила отвечать. С наслаждением сделав очередную затяжку, она выдохнула дым и произнесла:
— Поверь мне, малыш-Регулус, когда я встречусь с ними, ты узнаешь об этом.
Его по-настоящему пугали мысли о том, что она может сделать с Софией. Смерть покажется счастьем, по сравнению с тем, что может устроить Беллатриса, до каких изощренных пыток она может опуститься и какие проклятья пустить. Регулуса приводила в ужас одна только мысль, что София и Беллатриса могут остаться наедине. И, глядя в безумную черноту глаз кузины, эти мысли не желали покидать голову.
— Поверь, они пожалеют, что на свет появились, — с чувством произнесла она, глубоко дыша и не отводя от него одержимого взгляда.
Он схватил ее за плечо, с силой сжимая, и приблизил к ней свое лицо.
— Нет, Беллатриса, это ты поверь мне, — прошипел он сквозь зубы, — если с ее головы хоть волос упадет, это я заставлю тебя пожалеть, что ты на свет появилась.
Звонко усмехнувшись и округлив глаза в удивлении, она произнесла:
— Ну надо же, наш малыш отрастил зубки?
Регулус резко дернул ее на себя, еще сильнее сжав руку, и заставив ее выругаться от боли.
— Мы с тобой договорились, Беллатриса, бери Сириуса и делай с ним, что хочешь. А ее оставь мне.
Кузина понимала только силу и агрессию, но Регулусу ее в этом было не переплюнуть. Зато, к его счастью, Беллатриса по-настоящему, если не сказать фанатично, уважала свой род и свою семью, и против никогда не пойдет.
— Однажды, Главой нашего рода стану я, — вкрадчиво произнес Регулус, с ледяной яростью глядя в ее глаза. — И если ты хочешь по-прежнему быть частью нашей семьи и иметь право приходить сюда, ты будешь делать то, что я скажу.
Беллатриса лишь скривила губы в усмешке и ничего не ответила. Оставалось только гадать, дошел ли до ее воспаленного мозга смысл сказанного.
Отшатнувшись от него, Беллатриса окинула его восторженным взглядом и вновь улыбнулась.
— Такой Регулус нравится мне куда больше, — прошептала она, закусив губу и глядя ему в глаза.
— Надеюсь, ты меня поняла, — с холодом произнес он, стараясь не обращать внимания на ее ненормальные взгляды, которые, к его ужасу, выражали похоть.
— Не переживай, мой дорогой кузен, я тебя поняла, — равнодушно усмехнувшись, произнесла Беллатриса, — девчонка — твоя.
Ему оставалось лишь уповать, что его слова имели хоть какой-то эффект, и Беллатриса и правда его поняла.
Подойдя к камину, она взяла горсть летучего пороха и, обернувшись через плечо, сказала ему напоследок:
— Увидимся завтра, Регулус.
***
Собирался он очень долго, тщательно подбирая одежду для столь важного события. Он надел обычные черные брюки со стрелками и черную рубашку, расстегнув ее на пару верхних пуговиц. На манжеты вставил серебряные запонки с фамильным гербом, а на воротник рубашки прикрепил уголки в виде морды змеи. Сверху он надел новую классическую мантию, отутюженную и пахнущую свежестью. До блеска отполировал свою волшебную палочку, начистил кожаные ботинки и идеально уложил волосы на косой пробор.
Удовлетворенно окинув себя взглядом в зеркале, он кивнул сам себе. Безупречно. Как и всегда.
Волшебную палочку он всегда хранил в ножнах на левом предплечье, но сегодня эта часть руки ему понадобится для другого. Убрав палочку во внутренний карман мантии, он вышел из комнаты.
В гостиной его уже ждали родители, чтобы проводить. Они не скрывали своего восторга и гордости. Даже мать вновь расцвела и смотрела на него горящим взглядом.
— Темный Лорд не может не принять тебя, — важно заявила она с торжественной улыбкой на лице. Она училась всего на год старше Тома Реддла, и считала себя его хорошим другом. — Он и нам с Орионом предлагал принять Метку, но сам понимаешь, нам уже не по возрасту… это дело молодых.
Регулус ей сдержанно улыбнулся, все в этой комнате прекрасно понимали, что Метку они не приняли, потому что не хотят марать руки и связывать себя обязательствами. Но они щедро компенсировали это своими добровольными пожертвованиями. Впрочем, большинство людей их возраста не принимали Метку, лишь поддерживая Темного Лорда на словах и внушительными суммами.
Мама подошла к нему и поправила ворот его рубашки. Она откровенно любовалась им, сопровождая это взволнованными вздохами. Отец же выражал свои переживания более скромно. Он только дал ему последние напутствия, сказав, что гордится им, и сообщил, что завтра состоится важный прием в узком кругу семьи, чтобы отпраздновать это большое событие.
До назначенного времени оставалось еще более получаса, но Регулус хотел прийти раньше, боясь опоздать. Взяв летучий порох, он вошел в камин и произнес адрес.
