— Боже… — в который раз прошептала Лили, когда они шли по темному замку. — Мне кажется, я поседею.
— Все нормально, Лили, — усмехнулся Джеймс, взяв ее за руку. — Никто нас не поймает.
— Это верно. К тому же, мы на всякий случай Филчу снотворного в ужин подлили, — произнес Сириус, шагая с Картой в руках и отслеживая Софию, которая шла им навстречу от гостиной Слизерина.
— Серьезно? — ахнула Лили. — Кошмар… а если об этом узнают?
— Да никто не узнает, — отмахнулся Джеймс, — Сев ему убойную дозу приготовил. Он проспит до самого утра, даже не заподозрит ничего.
— Как-то мне это не нравится… не хорошо это, — шепотом произнесла она.
— Зато нас никто не поймает, — заметил Джеймс, посмотрев ей в глаза и пожимая ее пальцы, успокаивая. — Половина из приглашенных бы точно отказались идти, если бы думали, что Филч их на каждом углу караулить будет.
— Ох, Джеймс… я все равно так переживаю.
— Не стоит, — улыбнулся он. — Если нас поймают, скажешь, что мы тебя силой заставили идти. Или скажешь, что ты как раз шла, чтобы вернуть всех по своим кроватям.
— Я же не только за себя переживаю! — шепотом возмутилась она. — Но и за вас! Что если кого-то поймают и исключат? Или кто-нибудь пострадает?..
— Ну, всё, Эванс, завязывай. Ты так весь праздник испортишь, — недовольно произнес Сириус, складывая Карту. — Джеймс, скажи ей.
— Ничего она не испортит! — возразил Джеймс, сердито посмотрев на друга. Вообще-то, он не злился на Сириуса, и был с ним отчасти согласен, но совесть требовала вступиться за Лили. Сириус, кажется, понял это и усмехнулся, отвернувшись. — Но тебе, Лили, и правда не стоит переживать. Мы все предусмотрели. Ты же сама отслеживала, чтобы мы все необходимые чары наложили. Верно? И ты знаешь, что за прогулки по ночам из школы не отчисляют. Иначе, мы бы еще на первом курсе вылетели.
— Да, да-да, ты прав, Джеймс, — неуверенно произнесла она.
Он вполне понимал ее беспокойство. Лили переживает и за свою судьбу, и за свой значок старосты школы. Переживает за него и остальных Мародеров, которые вполне могут вылететь из школы, если вскроется, что они все старшие курсы подвергли опасности, устраивая вечеринку в Запретном лесу. Переживает за других учеников, в числе которых несколько младшекурсников, которых она отговаривала приходить.
Но Джеймс ей был благодарен за то, что она не отговаривает его самого от этой затеи. Он был удивлен этому не меньше. Джеймс готовился держать оборону и до последнего на своем стоять. Но Лили удивительно спокойно восприняла идею с вечеринкой в Запретном лесу. Повозмущалась для приличия, выдвинула несколько условий, но, тем не менее, сразу согласилась.
Джеймс с радостью на сердце осознавал, что он хорошо на нее влияет. И вот в ней уже просыпается дух авантюризма, который крепко спал всю ее жизнь.
— Пришли, — сказал он, останавливаясь возле одного из гобеленов, которые вряд висели по всей длине подземелья, и за которыми находилась глухая стена. Он взглянул на часы и повернулся к Сириусу. — Где София? Уже пора…
— Идет, — ответил Сириус и кивнул в конец коридора, из-за угла которого в эту же секунду вывернула София.
— Отлично, — произнес Джеймс, ожидая, когда она к ним подойдет.
— Джеймс, тебя уже можно поздравлять или ждать до полуночи? — спросила София, улыбнувшись.
— Ждем до полуночи, — вместо него ответил Сириус.
Джеймс согласно кивнул, отдернул гобелен и постучал палочкой по нужному кирпичу. Стена тут же растаяла, открывая узкую лестницу, которая круто уходила вниз.
— Дамы вперед? — он с улыбкой взглянул на Лили, которая огромными глазами вглядывалась в темноту.
Он ожидал возражения, но Лили зажгла огонек на конце своей палочки и двинулась вперед.
— Эй, я же пошутил, — усмехнулся он, взяв ее за руку, притормаживая, и первый пошел к лестнице.
Лестница спиралью уходила вниз на несколько этажей и заканчивалась глубоко под Хогвартсом. Узкий проход вмещал не больше одного человека, а ступая по неровным и высоким ступенькам был риск сорваться и кубарем слететь вниз.
Спустившись, перед ними открылся широкий круглый проход, который имел множество ответвлений и лабиринтом уходил вглубь.
— Ну и вонь, кошмар, — поморщилась София.
— Просто ужас, — поддержала Лили, которая, судя по голосу, говорила с зажатым носом.
— Какие неженки, посмотрите на них, — усмехнулся Сириус. — Это заброшенная канализация, конечно, тут будет вонь!
Чтобы остальные не заблудились, Джеймс наколдовал на стене ярко-красный светящийся рисунок в виде льва. Он сопровождал их всю дорогу, оставляя за собой следы в виде лап, по которым и дойдут все остальные.
— Восхитительно, — прошептала Лили, выходя из туннеля.
