— Мы… нам… — Джеймс замялся, не зная, что сказать. Некоторые виды темной магии строго карались законом. Он не знал, что будет Регулусу за этот вид чар, все-таки, он использовал кровь, но сдавать его не хотелось — он давал обещание Сириусу.
Но отец и так всё понял.
— Темная магия очень опасна, Джеймс, — шепотом произнес он, — она оставляет неизгладимый отпечаток на душе, и от этого уже не избавиться.
— Я знаю, — Джеймс поднял на него уверенный взгляд, — поэтому, я её и не использую.
Вернувшись в палату, Джеймс быстро спровадил родителей домой, договорившись, что они придут следующим утром, перед его выпиской. Лили он уложил спать на свою кровать, а сам пошел надоедать к целителям, чтобы его, наконец, полностью просветили о состоянии здоровья Сириуса и Софии.
Но все целители, как назло, будто сквозь землю провалились. В дежурной на их этаже сидела только одна молодая целительница-практикантка. Она, бледнея и заикаясь, сказала, что все старшие целители отбыли по какому-то срочному вызову, когда вернутся — неизвестно.
Разочарованный, он сделал еще одну неудачную попытку проникнуть в палату друга, и после вернулся к себе. Понимая, что сейчас ничего не поделать, он трансфигурировал кресло в кровать и лег спать, мгновенно проваливаясь в сон.
***
Проснулся он только к вечеру, когда миссис Норрис принесла ужин и очередную порцию лекарства.
Как он понял, со срочного вызова целители уже вернулись, но никто вводить его в курс дела не спешил.
Однако Джеймс все равно попал в палату к Сириусу, во время вечернего обхода увязавшись за его целителем, который разрешил ему присутствовать при условии, что он будет молчать.
Сириус выглядел откровенно паршиво. На лице отчетливо виднелись сине-красные прожилки, сама кожа, на фоне угольно-черных волос, казалось бледно-серого оттенка, словно плохая бумага. Под глазами глубокие синие тени, а губы, напротив, бесцветные.
Но самое страшное он увидел, когда целитель убрал повязку с груди Сириуса. Там, где раньше был нож, зиял черный глубокий разрез. Края раны были словно обугленные, от нее, паутинкой, расходились темно-синие вздувшиеся венки, а из самого разреза, казалось, шел едва заметный дымок. Очевидно, это и был тот самый неизвестный яд.
— Вы не залечили рану? — прошептал Джеймс, в ужасе таращась, как из раны начала медленно сочиться бордовая кровь.
— Молча, мистер Поттер, — сурово произнес целитель, не поднимая на него глаз и осматривая рану, — это значит, без единого слова.
Но у него скопилось слишком много вопросов, которые требовали ответов. Держался он из последних сил, надеясь, что как только они выйдут в коридор, он их все задаст. Но целитель, кажется, уже сам заметил его нетерпение.
— Мы вычислили, что это был за яд, — сказал он, доставая пробирку с прозрачно-голубой микстурой и капая её на рану, — смесь яда скорпиона, аккромантула и гадюки. Они, вообще-то, не сочетаются друг с другом, но была выведена удивительно тонкая формула.
— Сириус поправится? — с надеждой спросил Джеймс, поднимая взгляд на целителя. — Вы придумали противоядие?
— Взгляните сами, — целитель кивнул на рану, обугленные края которой начали медленно светлеть. — Потребуется время, чтобы полностью вывести яд, но, я думаю, к концу следующей недели мистер Блэк уже будет полностью здоров.
— Отлично, — Джеймс облегченно выдохнул и широко улыбнулся.
Целитель, не сдержавшись, коротко ответил на его улыбку.
— Вы отличный друг, мистер Поттер, — сказал он вдруг, а Джеймс неожиданно смутился под взглядом взрослого целителя. — Пошли на помощь другу, и сейчас за него так переживаете.
— Это же Сириус, — невнятно промямлил Джеймс, сраженный таким заявлением, — он бы сделал то же самое.
Целитель еще мгновение внимательно на него посмотрел, потом отвернулся и сделал какие-то записи в толстом пергаменте, более тщательно осматривая края раны и постоянно делая у себя пометки.
А к ночи поднялась суматоха — кто-то украл из лаборатории нож, которым был ранен Сириус. Вообще-то, нож уже был не нужен. Но как удалось выяснить — он принадлежал Беллатрисе Лестрейндж. И многие испугались, что хозяйка лично явилась за своей вещью. На этаж и в округу больницы выставили дополнительную охрану.
— Слышала? Говорят, Белла за ножом приходила, — произнес Джеймс, заходя в палату и на всякий случай накладывая дополнительные защитные чары. — Жуть какая…
— Может, и не Белла, — с сомнением сказала Лили. — Вряд ли она осмелилась бы заявиться сюда, тут круглые сутки мракоборцы дежурят.
— А кому еще он нужен? — усмехнулся Джеймс, скидывая ботинки и заваливаясь на кровать. — Какая-то змея явно сюда просочилась.
Лили безразлично пожала плечами и отложила мед карту Джеймса, которую до этого изучала.
— Иди сюда, — Джеймс расплылся в улыбке и похлопал рядом с собой по кровати.
Безуспешно пытаясь сдержать лукавую улыбку, она произнесла полушепотом:
— Миссис Норрис и так считает распутством, что я осталась в твоей палате, — и добавила, став в один момент серьезной и взволнованной: — Миссис Поттер, наверное, такого же мнения.
