– Это тогда вы познакомились с Жаном Жильбером? – спросила я, роковой образ писателя не давал мне покоя.
– Да! Через пару дней по сценарию, разработанному ГРУ, мне предстояло прогуливаться в заранее определенном месте в Брюсселе. В руках я должен был держать выданный в Москве французский журнал… Примитивно? Ну, уж извините! Это сейчас выглядит банально. Тогда это было чуть ли не последним изобретением шпионской науки! По журналу меня должен был узнать советский резидент в Бельгии, работающий под псевдонимом Отто. У Отто должен быть точно такой журнал. Мы должны были всего лишь увидеть друг друга издалека. Не подходить друг к другу близко, не разговаривать. Просто запомнить лица. А уже встречаться нам предстояло только через два часа, в определенном ресторане, где Отто якобы встретит своего старого знакомого.
– Надо же! – усмехнулся Мишель. – В наше время кто такие разведчики, как они живут и работают, известно каждому школьнику. Написано множество книг, сняты кинофильмы, по телевизору показывают многочисленные документальные передачи и сериалы-боевики. Все давно разложено по полочкам: как разведчики добывают информацию и как виртуозно обманывают противника, какими приемами и технологиями пользуются и как конспирируются.
– Ну, да! – не особо возражал Кент. – Что-то, наверное, взято из реальной жизни, но большая часть изощренных приемов, используемых разведчиками, и их невероятные приключения, скорее всего, придумываются многочисленными авторами жанра. Поверьте, тогда все воспринималось не так, как в ваше время, – про разведчиков не было ни книг, ни тем более кинофильмов. Из технологий – радиопередатчик, пеленгаторы да симпатические чернила. И еще – самое важное: это трудно себе представить, но в конце тридцатых годов многие люди совсем не верили, что вот-вот начнется война, и тем более не знали, когда и чем все это закончится!
– Итак, вы познакомились с резидентом Отто. Он же Леонид или Леопольд Треппер, он же Адам Миклер, он же Жан Жильбер… – нетерпеливо встряла я.
– Да! Всё прошло в полном соответствии со сценарием. В одном из уютных бельгийских ресторанчиков ко мне подсел Отто. Тепло поздоровался, попросил называть его Адамом. Резидент Отто, легализованный в Бельгии как канадец Адам Миклер, выглядел намного старше меня и внешне был очень похож на еврея. «У меня здесь своя фирма, – с гордостью рассказывал Отто, – это помогает работать, не вызывая особых подозрений. Обороты у фирмы вполне приличные. Наша продукция пользуется спросом. И со временем мы планируем открывать представительства нашей фирмы в разных странах. Это очень перспективное направление. Я тебя познакомлю с нашими людьми. Правда, после работы мы мало общаемся. У меня сюда даже семья перевезена – жена Анна и двое детей. Мы снимаем квартиру. Обязательно как-нибудь приглашу тебя в гости. Тебе, кстати, тоже лучше снять квартиру или комнату в пансионате. Здесь это принято. В гостинице жить дорого, этим пользуются только те, кто приехал сюда ненадолго. Какие у тебя планы?» Я тогда очень удивился этому вопросу. Я-то рассчитывал, что это Отто даст мне конкретные указания, что следует делать. Что он, вроде, как мой руководитель.
– Представляю, как одиноко и неуютно вам было в совершенно незнакомой стране, в Брюсселе, – посочувствовала я бывшему разведчику.
– Вы абсолютно правы! Я вынужден был проявить инициативу, раз некому было меня поучать и наставлять. Первым делом я отправился в бюро путешествий и заказал обзорную экскурсию. Это ведь был самый простой способ познакомиться с Брюсселем. В гиды мне достался обаятельный средних лет человек, который провел меня по всему городу. Особенно подробно гид расписал местную погоду. И благодаря ему я узнал, что в Бельгии нежаркое лето и умеренно прохладная зима. Часто идут дожди. Поэтому все бельгийцы постоянно ходят в шляпах и в перчатках, а в прохладные дни непременно надевают прорезиненные плащи. Про плащи гид вспомнил, когда мы проходили мимо офиса фабрики «Король каучука», которая, по словам гида, как раз и занималась производством этой важной для всех бельгийцев одежды. Еще оказалось, я, конечно, прежде этого не знал, что в Бельгии принят сухой закон. В свободной продаже предлагаются только пиво и сухое вино. Бельгийцы, даже дети, пьют много пива. А вот крепкие напитки можно заказать только в ночных ресторанах-клубах. Но чтобы эти самые рестораны посещать, надо иметь членские карты. Я поинтересовался возможностью получить образование в Брюссельском Свободном университете. Гид-бельгиец мне объяснил, что учиться в университете может любой желающий, но прием на текущий учебный год завершен. В качестве альтернативы мне было тут же предложено познакомиться с «Селект скул», гид протянул визитную карточку директора школы. И этот же гид помог мне снять мое первое жилье здесь.
– Это была та самая улица Беко, дом 106? Где жили Зингеры и Барча? – уточнил Мишель.
