Господи, спасибо Тебе, что Ты не забыл Беа и что подарил ей любовь!
Спасибо за то, что Ты о нас заботишься, хотя мы не заслуживаем Твоей заботы. Спасибо за то, что даешь мне силы верить в Тебя, и спасибо за то, что я не напивался вот уже несколько дней. И спасибо за то, что сегодня мне не хочется пить и что от этих двух банок пива меня не развезет, думает он, сидя на берегу озера семейного счастья и радуясь тому, что в этой жизни у него еще есть повод для радости.
Телефон звонит, но она не берет трубку. Ей не хочется ни с кем говорить. Она сидит за письменным столом, склонившись над снимками Мирьи, и ненавидит себя за то, что поверила, будто ее приняли и даже полюбили.
Она обводит пальцем контуры тела Мирьи, ее лицо, нагибается и целует губы, слыша, как включается автоответчик.
– Привет! Меня зовут Беа. Я видела твою выставку в кафе и хотела бы купить фотографии. Все. Если они, конечно, продаются. Можешь позвонить мне по номеру…
София сразу удаляет сообщение, потому что это звонит не Мирья, чтобы попросить прощения, а больше ей ни до чего сейчас нет дела. Ей хочется забиться в дальний угол и умереть.
В ящик со стуком падает почта. Одно-единственное письмо из министерства здравоохранения. София открывает и начинает истерически смеяться, потому что в письме написано:
Какая идиотская шутка. Ее все равно никогда не примут. Что бы она ни сделала со своим телом, все всегда будут только презирать ее. Сколько бы гормонов она ни приняла, они все равно будут только смеяться над ней до самой смерти. И даже когда она умрет, ей не будет места в семейном склепе, если только она не согласится на надпись «Стефан» на своей могиле.
София разрывает письмо на мелкие клочки. Срывает с себя парик, блузку, лифчик, юбку, трусы. Смывает макияж. Сбривает все волосы на голове, но не трогает щеки и подбородок. Прыскает одеколоном и спешит в город, чтобы проверить, не найдется ли ей места среди людей в этом обличье.
Да, на этот раз все по-другому. Никто не останавливается и не пялится на нее. Никто не кричит «Фу, какая гадость», когда она проходит мимо. Но все же София ловит на себе пару любопытных взглядов, потому что, несмотря на бритый череп и щетину, в ней все равно есть что-то женственное.
В школе ее дразнили педиком. Потому что у нее была такая тонкая талия. Такие узкие плечи, тонкие запястья и лодыжки. И потому что она чаще дружила с девушками, чем с парнями, и отказывалась принимать участие в соревнованиях на самый длинный член, и никогда не хвасталась тем, сколько девушек у нее было.
Педик, наверняка думают эти прохожие, глядя на нее.
– Переодетая женщина? – наверняка думает один из них.
Ноги привыкли к туфлям на каблуках, и кроссовки причиняют ей боль. София решает передохнуть в кафе, заказывает кофе. Мешает сахар в чашке и думает о другом кафе и о вентиляторе, который она не успела починить. Ей не хочется жить. Но и умирать слишком страшно.
Кофе холодный и горький. Она уходит, оставив чашку нетронутой.
– Наверно, много работы, – отвечает Мирья, когда Роза спрашивает, почему София не заходит в кафе.
Мирье хотелось позвонить ей, но что-то все время мешало, она сама не поняла что. Наверно, необходимость извиниться, попросить прощения.
Или боязнь влюбиться в Софию, потому что, если она влюбится в нее, это все только усложнит, потому что София хочет быть женщиной, а не мужчиной.
– Помнишь черноглазую девушку? – спращивает Роза.
Мирья кивает.
– Она хотела купить фотографии. Я дала ей номер телефона. Хочешь узнать, что самое забавное?
– Конечно.
София, поздравляю с успехом! Я люблю тебя, но страшусь встречи с тобой.
– Она заказала не то, что обычно.
– Кто?
– Та странная девушка Мирья едва ее слушает.
– Не знаю, о ком ты. Кто-то нарочно испортил вентилятор.
Роза непонимающе смотрит на дочь. Какое отношение имеет черноглазая девушка к вентилятору?
– Вентилятор?
– София сказала, что кто-то перерезал шнур.
Роза в шоке. Кому это понадобилось? И зачем?
– Ты не думаешь, что это связано с пропажей буквы на вывеске? – спрашивает она дочь.
Мирья пожимает плечами.
Звонит телефон. Мирья подбегает к аппарату, надеясь, что это София, и страшась ее звонка.
– Я говорю с Мирьей Новак? – спрашивает женский голос в трубке.
– Да.
– Здравствуйте! Меня зовут Тина. Я звоню из модельного агентства «Мика». Вы прислали нам ваши фото, и нам они очень понравились. Вы могли бы прийти в агентство на ознакомительное собеседование?
– Мм…
Интересно, что такое ознакомительное собеседование? Мирья о таком никогда не слышала.
– Алло?
– Да, с удовольствием.
– Как насчет?… – Листает ежедневник. – У меня есть время только через пару недель. Вторник, двадцать третье, в девять тридцать вам подойдет?
Мирья понятия не имеет, что она делает через две недели во вторник, но от такого предложения не отказываются.
– Мне подходит.
Она записывает адрес на бумаге и кладет трубку.
– Кто это был? – спрашивает Роза.
– Мика, – отвечает Мирья.
– Подруга?
– Агентство. Они хотят со мной встретиться.
– Как здорово! Ты рада?
