Крыть было нечем. Да и незачем. Каждый имеет право называть своего питомца так, как ему хочется.
– Так зачем вы здесь… гуляли? – спросила Стеша, переступая с ноги на ногу. На вопль кота она бежала с такой скоростью, что позабыла надеть шлепки, и сейчас ей все время приходилось смотреть на тропинку перед собой.
– Мы здесь гуляли по делу, – ответил Стэф после недолгих колебаний.
– По какому делу?
– Я хотел убедиться, что с тобой… с вами все хорошо, – сказал он и снова повернулся к Стеше спиной, словно ему были неинтересны ни её реакция, ни её ответ.
– С нами все замечательно!
Сухая ветка под босой ногой вдруг покрылась инеем и треснула, загоняя в кожу занозу. Стеша ойкнула. Зверёныш ринулся к ней. Кот Братан участливо мяукнул, а Стэф обернулся.
– Что случилось? – Его голос звучал ровно, почти равнодушно. До обидного равнодушно. Хотя, с чего бы ей обижаться?
– Оступилась, – сказала Стеша и вцепилась в загривок Зверёныша.
– Оступилась и?..
– Оступилась и все хорошо.
– Вы уверены?
– Абсолютно! Идите уже, тут недалеко.
Разумеется, он пошёл. Не стал выяснять, как она себя чувствует и нужна ли ей помощь. Да и с чего бы?
Балансируя на одной ноге и придерживаясь рукой за Зверёныша, Стеша осмотрела ногу. Такая глупость! Прожить почти сто лет в глуши на болоте и пораниться здесь. Самую большую занозу – не занозу даже, а щепку! – Стеша вытащила сразу. Сцепила зубы, чтобы не зашипеть от боли, и вытащила. С остальными придется повозиться: слишком плохое освещение, слишком неудобная поза.
– …Что там? – послышалось над её головой. Стеша вздрогнула и от неожиданности ответила правду.
– Там заноза.
Стэф перевел задумчивый взгляд с её ноги на её лицо, а потом сунул Стеше в руки кота.
– Подержите, – сказал сухим, деловым даже тоном.
– Зачем? – спросила Стеша и прижала к груди тощее тело Братана. Кот тут же заурчал, а Зверёныш ревниво заворчал.
– Затем, что с этим нужно что-то делать. Вы позволите? – Впрочем, дожидаться позволения Стэф не стал, подхватил Стешу на руки вместе с котом. Ворчание Зверёныша перешло в утробный рык. – Объясните своему псу, что обижать вас никто не собирается. Я всего лишь оптимизирую нашу прогулку.
– Зверёныш, спокойно, – сказала Стеша, одновременно пытаясь не уронить кота и одернуть полотенце. – Он не со зла, он оптимизирует.
Зверёныш, который был так близко, что Стеша могла бы погладить его по голове, будь у неё ещё одна рука, посмотрел недоверчиво и чуть-чуть обиженно, но рычать перестал.
– Куда дальше? – спросил Стэф все с той же равнодушной деловитостью.
– Прямо по тропинке. Уже мало осталось. Но я могла бы и сама.
– Нисколько в этом не сомневаюсь, но так будет быстрее. Сегодня день повышенного травматизма. Вы не находите?
Стеша находила этот день странным и наполненным теперь уже реальной, а не выдуманной тревогой, но, разумеется, не стала сообщать об этом Стэфу. Вместо этого она лишь молча кивнула, кот Братан мяукнул, соглашаясь с заявлением своего хозяина.
Дальше шли молча. Стэф нес Стешу. Стеша несла кота. Все молчали и думали о своем.
На террасе Стэф бережно поставил Стешу на ноги, замер рядом в нерешительности.
– Спасибо! – Стеша вернула ему кота, которого, кажется, нисколько не напрягало такое обращение.
– Был рад помочь.
– Кофе?
Не надо было спрашивать! Надо было поблагодарить, и пусть бы шел восвояси со своим котом! Но теперь, когда они оказались на её террасе, положение хозяйки дома обязывало.
– Не откажусь, – сказал Стэф без колебаний.
– Мне нужно привести себя в порядок. – Стеша снова одернула полотенце. Домик на краю мира перестал быть неприступной крепостью, а лесное озеро оборонительным рвом. Даже Зверёныш не проявил должной бдительности, не предупредил о приближении чужаков загодя.
– Разумеется. Мы подождем. – Стэф отошел к краю террасы, облокотился о перила. – Подышим свежим воздухом.
Стеша мылась так быстро, как только могла. Занозы из ноги она повытаскивала пинцетом едва ли не на бегу. А Зверёныша оставила на страже перед дверью в ванную комнату. Пусть реабилитируется за недавний промах.
Мокрые волосы она скрутила в узел, узел закрепила шпилькой, влезла в домашние джинсы, натянула льняную рубашку, заклеила раны лейкопластырем и, сделав глубокий вдох, вышла на террасу.
Стэф расположился в плетеном кресле. Кот вытянулся у него на коленях в удивительно расслабленной для недавнего страдальца позе. Появление Стеши он приветствовал тихим урчанием, а появление Зверёныша полным превосходства взглядом.
– Как вы себя чувствуете? – спросил Стэф, перехватывая кота на руки и выбираясь из кресла.
– Спасибо, все хорошо. Лейкопластырь – прекрасное изобретение. – Стеша посмотрела на свои босые ноги.
– Теперь будем спасать кота? – Стэф бросил взгляд на кота, кот заерзал. Наверное, заподозрил неладное.
– Давайте попробуем. Только держите его покрепче, чтобы не убежал.
