Лиса едва коснулась моей руки, как я со всхлипом дернулся и открыл глаза. Она едва успела увернуться, иначе бы мы точно столкнулись лбами.
− Эй, совсем плохо, да? − обеспокоенно спросила она, кусая уголок пухлой губы. С последней нашей встречи охотница стала убирать отросшие почти до пояса косицы под красную повязку, начав еще больше походить на предков-разбойников.
− Сны… снова…
− Вернулись, наконец? На, попей.
Лиса протянула свою флягу с живой водой, и я залпом выпил больше половины. Глотку жгло. Я вспомнил: такой разговор с матерью действительно происходил когда-то в детстве. Но почему опять она? И при чем здесь лжепророк?
− А неплохо вы с Радогостом придумали. Теперь сможешь набраться сил, и никто не подставит, − заметила девушка, усаживаясь на пол и сладко потягиваясь. − Я, кстати, видела твой меч. Он невероятен. Как будешь выкручиваться?
− В смысле? − Голова совсем отказывалась работать.
− Ну, ты же не Рад, этой махиной скорее руку себе оттяпаешь. Длинные клинки не для тебя.
− Сейчас все для меня, что позволит прожить чуть подольше. Тем более наставник пообещал научить с ним обращаться. А пока надо найти подходящее для этого место.
− Тут рядом есть неплохие пещеры, − мгновенно подсказала Лиса.
− Велес показал?
− Угу. Он мне мно-ого чего показал. Ты знал, что среди богатырей есть поляница? − этого я, разумеется, не знал. − Она может одной рукой поднять телегу с конем в придачу. А настоящего змея видел? Издали от чужеземца не отличишь!
− Постой. Погоди-ка, − Я резко встал, придерживая тяжелую голову пальцами. − Ты и его видела? Кто позволил?
− А мы тайком. Велесу чего боятся: он не настоящий смаг, наказать сильнее, чем сейчас, у Братства не выйдет. Как думаешь, а плененный змей такой из-за человеческой крови? Вроде искаженца, да?
− Кто знает… − Я и раньше слышал об особой любви огнедышащих бестий к человеческим женщинам. Их похоть была так велика, что облик змеев претерпел значительные перемены; большинство из них уменьшились и утратили способность летать, другие перестали дышать ядом.
− И они все были в курсе.
Лиса вмиг стала серьезной. Сжала мою потную ладонь крепкой хваткой, притянула к себе.
− Послушай, ты должен пообещать мне стать осторожнее. Эй, я серьезно! Кто-то рассказал о твоем приезде когану и жителям Кейбы, и это важно. Возможно, среди нас есть предатель.
− Не думаю. Предатель знал о предсказании и обо мне за год до случившегося. Походит разве что верховный наставник Симеон.
− Он не мог, − ужаснулась Лиса.
− Не мог, − почти согласился я. Вспомнил свой сон и осторожно спросил, боясь прослыть безумцем: − Скажи, как думаешь, а не мог сам Нигол это сделать?
Она фыркнула:
− А ему зачем? Тебе же лишняя поддержка.
Лицо лжепророка, требующего выполнить свой долг, все еще стояло перед глазами.
− Просто… Все так хорошо складывается. Он появляется на пирушке прямо перед княжеской семьей, кучей богачей и правителей младших народцев. И князь начинает нам верить. Потом его послания прямо вынуждают меня действовать. Я еду на Восток, как послушный пес, где мне уже готовы вручить волшебный меч из легенд и поставить во главу войска смагов. Быть может, я просто утомился с дороги. Но это странно, Лис. Очень странно.
− Хочешь сказать, что Нигол мог это заранее спланировать. Допустим, − Она старалась принять мою версию за правду. Очень старалась. − Но зачем такие сложности? Для какой цели?
− Это, конечно, звучит глупо, но… Возможно ли, что он хочет самолично создать образ героя и спасителя?
− Вроде такого, которым легко будет управлять?
− Да. А потом с легкостью его сокрушить. Разрушив тем самым любые надежды на спасение человеческого рода.
− Бедный, − только и сказала Лиса. − На тебя слишком многое взвалили.
