– Передёргиваете, милейшая Д’Жаннэт! Никто и не утверждал, что здесь всё сплошь завзятые праведники собрались. Хе - хе! И речь ни в коей мере не о повальном нынешнем эпикурействе, если хотите, даже гедонизме, типа: что под себя имеем… извините – под собой… то есть, конечно же, – у себя! – то вроде того и хаваем благополучно, фикен нас всех! Свинотное какое - то мировоззрение, тебе не кажется? Разговор, на самом деле, об эволюции отношений, от свинского промискуитета к м - м - м - м… высоким и чистым отношениям, как, собственно, вскорости и должно стать. Человечество неуклонно движется к светлому будущему. Согласна? Вот и в песне народной поётся: «Время летит вперёд, и мы летим вместе с ним. Время бежит вперёд, и мы бежим вместе с ним» – тру - ту - ту - ту - ту! Семимильными шагами, думм наши копф! Разумеется, до идеала далековато ещё, кое - какие отклонения, шероховатости имеются. Но мы о них знаем, помним и будем всячески усердно исправлять в рабочем порядке. На сей счёт не извольте беспокоиться, доннерветтер! Что нынче посеешь, так сказать, то в будущем и пожнёшь!
– Кто тут передёргивает, мазафака?! Я те покажу кузькину мать! Светлое будущее ему, видите ли, подавай! Гедонист - кондомист! Кое - какие отклонения, говоришь?! Что ж это вы такое несуразное вслух - то себе позволяете, а? Совсем одичали, барин? Ослепли, что ль?! Отклонения - то, прошу пардону, по - все - мест - ны - е! – слишком, что ни говорите, эмоционально вышло, надо бы уже поуспокоиться. – Практически все ведь примерные мужья и большинство их верных жёнушек… это… знай себе отклоняются, когда без догляду - то. Коли страха нет. На себя оборотиться не желаете? – на меня, доцента биологических наук, жену его, на Наталью – подружку нашу, как только что выяснилось, девушку… хм… общего пользования. Обычные люди – как раз таки рядовые среднестатистические «отклонисты». И никакое мы не исключение из правила. Мы, ежели хочешь знать, и есть это самое правило! А теперь вопросик на засыпку: что это вы, уважаемый, интересно знать, там сеять - то собрались, чтобы, значится, высокое и чистое пожинать, а? Семя, что ли, свое лукавое живучее повсюду без зазрения совести разбрасывать? Ха - ха! Лукавое и пожнёте, не иначе! Хотя… Глядишь, чего поинтереснее… трёхголовое народится…
Заминка образовалась. Фу - у - у! Наконец - то, притормозили. Улеглись страсти болтологические. Может, сеять передумал? Вряд ли… Бош, он такой упёртый, спасу нет!
– Э - э - эх, мать! Запутала ты меня вконец, Сергеевна. Я ж образно выступил о колхозе - то! Ясное дело, большинство людей добровольно с какой - то там переляки эволюционировать вряд ли будут. Зачем им вообще напрягаться, ежели и так сойдёт? Даже за деньги. Даже за большие деньги! За большущие! За туеву хучу денег! Холи ш - ш - шит! Приписками заниматься станут, отчёты кропать о постоянном и неуклонном росте человеческого самосознания. Всё что угодно, кроме налаживания собственно процесса этого самого роста. Только бы бабла срубить! Гм… Стимула - то нет! Кто придумает – тому сразу десять Нобелевских премий не мешало б отсыпать! И что нам остаётся? Что остаётся, я тебя спрашиваю, дабы подвигнуть граждан расти хоть бы в чьих - нибудь глазах, лучше становиться, а? Отвечать не хочешь или не знаешь?
Роланд в ту минуту ужасно был похож на сельского учителя - педанта, выспрашивающего домашнее задание с хорошенькой нерадивой ученицы. И невдомёк старому перечнику, что отнюдь не все вверенные ему чада в погожие радостные выходные дома над учебниками корпят. Есть и такие, кто прогуляться любит! Хм… До университетской библиотеки. Хе - хе! Странное дело, не находите?
– Во - о - о - от! А я – знаю! – искренне радовался он своему знанию. – И я тебе скажу: страх! – вот что необходимо нашему человеку разумному боле всего. Страх потери близких, родных, имущества, медицинской страховки, работы, имиджа, репутации, лица, страх показаться смешным невежей, глупым и неловким. Страх заболеть и однажды умереть, в конце концов!
Да - а - а - а! Желание жить вечно, патологический страх смерти – вот что зачастую движет людьми. И чужая воля. Твёрдая рука, если хочешь! По всему выходит, страх и принуждение – истинный двигатель прогресса!
