Вот только в этих свидетельствах не указаны годы, когда Генеральный штаб РККА работал в режиме военного времени. Мистер Резун снова все переврал как мелкий шулер:
«Если кто-то бьет себя в грудь, непрестанно заявляя о кристальной честности и правдивости, то у нормального человека возникает противоположная психологическая реакция. Посмотрите на мелких шулеров в подворотнях: это их стиль – на честность напирать»[361].
Маршал Советского Союза А.М. Василевский опровергает заламаншского вруна и свидетельствует:
«Всю первую половину 1941 года Генштаб работал с неослабевающим напряжением»[362].
И далее А.М. Василевский сообщает причину перехода работы Генерального штаба Красной Армии на режим военного времени:
«С февраля 1941 года Германия начала переброску войск к советским границам. Поступавшие в Генеральный штаб, Наркомат обороны и Наркомат иностранных дел данные все более свидетельствовали о непосредственной угрозе агрессии»[363].
Маршал Советского Союза Г.К. Жуков опровергает английского лгуна и свидетельствует о том, что сотрудники Наркомата обороны и Генерального штаба Красной Армии работали по 18–19 часов в первой половине 1941 года:
«…Напряжение нарастало. И чем ближе надвигалась угроза войны, тем напряженнее работало руководство Наркомата обороны. Руководящий состав Наркомата и Генштаба, особенно маршал С.К. Тимошенко, в то время работали по 18–19 часов в сутки»[364].
Свидетельство генерал-полковника Л.М. Сандалова английский фальсификатор исказил и извратил. Л.М. Сандалов сообщает о том, что комкор И.В. Смородинов работал по 20 часов в сутки не в Генеральном штабе РККА, а на должности начальника штаба Северо-Западного фронта во время войны Советского Союза с Финляндией:
«Иван Васильевич Смородинов был назначен на этот пост с должности заместителя начальника Генерального штаба. Работал он, как мне рассказывали, не менее двадцати часов в сутки и поэтому выглядел очень усталым»[365].
Да и сам мистер Резун себя опровергает, цитируя Маршала Советского Союза И.Х. Баграмяна, который сообщает о том, что советские штабы работали напряженно с весны 1941 года, а не с августа 1939 года:
«Маршал Советского Союза И.Х. Баграмян описывает жуткий рабочий ритм в штабе округа: начиная с ранней весны 1941 года – ни выходных, ни праздников, работа от зари до зари и дальше в ночь до новой зари, все валятся с ног от усталости и недосыпа…»[366]
На странице 52 «выдающийся писатель, историк и военный аналитик» использует прием фальсификаторов, который называется «выборность фактов». Он использует только те факты, которые ему выгодны:
«На время войны Центральный Комитет вообще самоустранился и затих. Как у нас (В Англии? –
Последний предвоенный пленум ЦК – 21 февраля 1941 года.
Первый послевоенный – 18 марта 1946 года.
Между этими датами на протяжении всей войны пленумы Центрального Комитета Коммунистической партии не собирались НИ РАЗУ».
Между этими пленумами ЦК ВКП(б), указанными мистером Резуном, было еще два, причем один из них состоялся во время Великой Отечественной войны:
1. 5 мая 1941 года.
2. 27 января 1944 года.
На страницах 63–64 «просто любитель военной истории»[367] сообщает о том, что И.В. Сталин любил краткие доклады:
«Журнал посещений кремлевского кабинета Сталина свидетельствует: Иосиф Виссарионович работал на износ. И всех заставлял работать.
…Все, кто бывал в кабинете Сталина, единогласно утверждают: там зря языком не болтали. В кабинет Сталина приглашали только того, чье присутствие было действительно необходимо в данный момент. Сам Сталин практически все время молчал. Своего мнения не навязывал. Он давал слово каждому и внимательно слушал. Более того, Сталин требовал, чтобы высказался каждый, не проявляя до поры своей точки зрения. В этом и заключалась его сила как руководителя. Сталин требовал докладов – кратких, ясных, правдивых, четких, по существу».
А к 480-й странице мнение английского мистера кардинально меняется, и он уже утверждает, что И.В. Сталин любил не краткие, а обстоятельные доклады:
«Товарищ Сталин мог задать любой вопрос, потому и Пухову, и Коневу следовало поинтересоваться: в каком состоянии пленник? Ранен или нет? Здоров или болен? Много ли еще народа захвачено вместе с ним? Кто именно? Приняты ли меры к поиску остальных? Есть ли при нем документы? И так далее, и тому подобное. Товарищ Сталин любил обстоятельные доклады».
В книге «Святое дело» автор себя снова опровергает и заявляет, что:
«Документы, которые ложились на сталинский стол, всегда были предельно кратки, ясны и понятны. В них нет лести. В них нет ничего лишнего – ничего, что могло бы быть срезано и отброшено за ненадобностью, только голые сухие факты, только простые логичные выводы и конкретные предложения. Таким был стиль самого Сталина. Именно этого он требовал и от своих подчиненных»[368].
Чему верить? Какие доклады любил И.В. Сталин: краткие или обстоятельные?