– Да вы знаете, недоумки, кто я? – продолжала верещать певица. – Я – Рой Инесса Нона Ван Ритора! Звезда галактической величины! Любимица миллиардов! И первая красавица Альгедо, по версии журнала «Платиновая кошечка».
Киборг швырнул девушку в глубокое кресло, обитое тёмно-синей парчой с серебристым шитьём эпических мотивов с нотками модерна, которые так любят люди, ничего не понимающие ни в эпике, ни в модерне: всадник с копьём на механическом коне, похожем на штурмовик, и дракон, изрыгающий пламя из орудия, подозрительно напоминающего импульсный излучатель.
– Сейчас ты у меня пожалеешь, что не вырубилась, – пригрозил Солянка, поднеся кулак к лицу возмущённой звезды. – Тебе что, трудно было выпить со всеми?! Так я сейчас тебя приложу, не встанешь…
– Я… Ай! Не надо! – разрыдалась певица. – Меня от шампанского тошнит. И пучит… Я его никогда не пью!
– Эй, – одёрнул сообщника Дик. – Не трогай её. Помнишь, мы стараемся обойтись без жертв.
Девица, вжавшись в спинку кресла, мелко дрожала, растирала слёзы по смазливой мордашке и безостановочно бормотала:
– Отпустите меня! Если вам нужен выкуп, мой импресарио, Гвен Ранье, заплатит любые деньги.
– Иногда случаются досадные накладки, – проклацал зубами киборг. – Но я не собираюсь её убивать. Кэп не одобрит. Слышь, крошка, будешь меня нервировать – подпорчу твоё чудесное личико. Задолбаешься пластику накладывать.
– Меня все знают… Меня все любят… Вам этого не простят!
Солянка молча выдвинул лезвие из механических пальцев и поднёс ей к лицу.
– Ай! Уберите, пожалуйста! – испуганно взвизгнула певица, – Мне это не нравится!
– Заткнись уже, – утомившись от её истерик, буркнул киборг.
– Давайте, не будем отвлекаться, – хлопнул в ладоши Стас, привлекая всеобщее внимание. – Переодеваемся и – двигаем дальше. Не забывайте, график у нас жёсткий.
– Всю жизнь мечтал попробовать вакуумный трюфель, – и не подумав прислушаться к словам приятеля, Дик потянулся за экзотическим угощением. Пара секунд – и конфета исчезла у него во рту. Следом тут же отправилась вторая. – Вкус никакой. Как будто металлический контейнер лизнул, – пожаловался он. – И тут надувательство.
Рядом противно расхохоталась ещё недавно растиравшая слёзы девица:
– Недоумок! Их не глотают, а рассасывают во рту, до полной декомпрессии. Там предупреждение на упаковке. Так что всё, теперь сам виноват.
– Вечно ты во что-нибудь вляпаешься! – рассердился на друга Стас и обернулся к певице. – Что с ним теперь будет?
– Да ничего особенного. Трюфель сам рассосётся. Внутри. С неожиданными последствиями для организма. Твоего приятеля ждёт жаркая ночь.
Дик испуганно сглотнул, торопливо вернув в коробку очередную конфету и поспешил налить себе шампанского в бокал. Тут уже не выдержал Солянка. Он грубо отобрал бокал у подельника:
– Ты совсем сбрендил, Открывашка? Хочешь присоединиться к нашим соням? Там такая концентрация снотворного, что даже нюхать опасно.
– Хватит терять время! – прикрикнул Стас. – И так из графика выбились.
Троица пиратов склонилась над недвижными телами офицеров и принялась расстёгивать на них мундиры. Певица, оставленная без внимания, сначала надсадно скулила себе под нос: «Почему это происходит со мной. Я же Рой Инесса Нона Ван Ритора. Это был такой прекрасный день, такой шикарный круиз». А потом вдруг проявила неожиданную прыть – вскочила с кресла и с криком «На помощь!», попыталась кинуться к двери. Дик успел перехватить её ещё на взлёте и швырнуть, брыкающуюся и пытающуюся кусаться, обратно в кресло.
– Сидеть! Молчать! И – не мешать! – неожиданно для самого себя грозно рявкнул он, вытирая рукавом рубашки кровь на запястье – пленница каким-то невероятным образом умудрилась укусить его за руку.
– Где они этому учатся?! – Дик изумлённо рассматривал след от укуса. Последний раз такой «подарочек» оставила ему одна красотка с Сириус-орбитального. Причём проделала этот фокус столь же необъяснимым образом.
– Ты сломал мне ноготь! – предъявила встречную претензию певица. – Мой маникюр стоит больше, чем вся твоя никчёмная жизнь! Когда вас поймают, я потребую, чтобы таких негодяев, как вы, судили на самой недемократичной планете и вынесли самое суровое наказание.
– Пусть сначала поймают, – нагло улыбнулся Дик. – От кого мы только не уходили, крошка.
– Если я не ошибаюсь, у неё на поясе – силовые наручники. Очень кстати. Возьми их и пристегни истеричку к креслу, – скомандовал Стас. – Пора уже нам облачаться.
– Кто-нибудь объяснит мне, почему они розовые? – удивился Дик, сняв с пояса певицы два кольца, но никто ему не ответил.
Солянка как раз пытался запихать себя в капитанский мундир, но тот не налезал.
– Думаю, лычки капитана больше подойдут мне, – заметил Стас, потянув на себя китель.
– Это почему ещё? – не собирался сдаваться киборг.
– Я более уравновешен и рассудителен.
– А я более опытен, и гораздо умнее.
– Эй, – Дик не замедлил вмешаться. – Капитаном должен быть я. По той простой причине, что мы с ним одинаковой комплекции. Лица вам может прибор и подправит, а вот фигуру – нет.
Это был разумный аргумент.
