Глеб нашёлся на кухне. Он спал, уронив голову на скрещённые на столе руки. Свена не было и здесь. Я тихо вышла. Наверное Глеба надо разбудить, обычно он уезжает на работу около восьми утра, сейчас уже семь. Потоптавшись в коридоре, я на всякий случай заглянула в ванную комнату. О том, что вчера здесь был Свен напоминало аккуратно сложенное на полу полотенце, всё в засохших пятнах крови. Я двумя пальцами подняла его, прикидывая, что сделать проще – забросить в стиралку или сразу выкинуть. Вздохнув, понесла полотенце в мусорное ведро на кухню.
Глеб вздрогнул, когда я слишком громко хлопнула дверцей шкафчика, но не проснулся. Бедный, даже жалко его будить. Напрыгался он со мной. И ещё как напрыгается, судя по всему… Эх…
Едва касаясь, я провела пальцами по его волосам, потом прикоснулась губами к макушке. Глеб снова вздрогнул, промычал что-то невразумительное и открыл глаза.
– Марта…
– Доброе утро.
– Доброе. Как твоя нога?
– Ой, точно, нога. А я и забыла про неё.
Глеб сонно улыбнулся, глядя на мои неуклюжие попытки попрыгать на пострадавшей вчера левой ноге.
– Вообще ничего не чувствую, – с восхищением прокомментировала я. – То есть, ногу чувствую, а боль совсем нет. Класс! Слушай, как круто!
Напрыгавшись, я присела на соседний стул.
– Ну, как вы вчера? Как всё прошло? Давно он уехал? Рассказал тебе что-то действительно ценное? – постаравшись сдержать волнение, спросила я.
– Свен уехал всего пару часов назад. Мы всю ночь с ним разговаривали. Он, бесспорно, мерзавец ещё тот. Но знаешь, Марта, ему удалось откопать массу ценной информации. Как он это сделал, одному дьяволу известно, но он это сделал.
– И?
– И не так уж плохи наши дела. Но могло быть и лучше.
Я судорожно сглотнула. Улыбнуться не получилось.
– Рассказывай.
– Давай сделаем так, Марта, – сказал Глеб, поглядывая на часы. – Собирайся пока спокойно на работу, а я тебя подвезу и по пути всё расскажу. Хорошо? А то точно опоздаешь, если мы с тобой прямо сейчас начнём всё обсуждать.
– Хорошо. А тебе самому разве не надо спешить?
– Надо. Но мне всё равно придётся заехать домой и переодеться. У меня сегодня важная встреча с заказчиками, а вид у меня так себе. Подозреваю, что они не оценят засохшие пятна крови на моей мятой рубашке.
Грустно улыбнувшись, я согласно кивнула головой и побрела в свою комнату. Легко сказать «спокойно собирайся». Где тут спокойствие-то взять? И чего там Свену удалось выяснить, а?
С трудом запихнув в себя половину крошечного бутерброда с сыром и отхлебнув несколько глотков кофе с молоком, я объявила свой завтрак законченным. Глеб только укоризненно покачал головой, но он и сам отлично понимал, что мне сейчас не до еды.
Солнечное летнее утро за окном радостно сияло и сверкало, но всё равно обещало через пару часов превратиться в знойный и душный день. Облачившись в любимую хлопковую юбку, я почти не глядя выудила из своего шкафа первую попавшуюся летнюю блузку, окинула беглым взглядом себя в зеркале и поспешила на улицу, где меня уже ждал Глеб. Запрыгнув в его огромную Хонду, я пристегнула ремень безопасности, выдохнула и зачем-то зажмурив глаза, решительно скомандовала:
– Ну, рассказывай. Я готова.
– Да уж. Вижу, как ты готова, – прокомментировал Глеб, ухмыльнувшись.
Лавируя между припаркованными у подъездов автомобилями, мы выехали из двора и с трудом влились в плотный поток ползущих в сторону центра машин.
– Я буду краток и опущу красочные подробности того, насколько нереально сложно было Свену добыть эту информацию, – начал Глеб. – Итак, просто факты. Факт номер один. Шестидесятые годы прошлого века. Твоя бабушка Ханна встречает некоего молодого человека и влюбляется в него. А он отвечает ей взаимностью. Какое отчество у твоего отца, Марта?
– Алексеевич. А что?
– А то, что звали молодого человека Алексей. Свен показал его фотографию…
– Да? Она у тебя? А как Свен её откопал?
– Нет, у меня её нет. И тебе лучше не знать какими методами пользовался Свен, чтобы её откопать. Хотя, ты и так можешь догадаться. В общем на фото – молодой мужчина с приятной, интеллигентной внешностью. Уверен, он, определённо, пользовался успехом у женщин. Но надо полагать, что именно с Ханной он был искренне счастлив. Увы, они оба не догадывались о том, что отведённые им часы этого самого счастья весьма и весьма ограничены. Как думаешь, почему?
– Я уже боюсь что-либо предполагать.
– Понимаю. Тогда переходим к факту номер два. По воле злого рока небезизвестная нам Агата тоже оказывается знакома с этим Алексеем. Где и как они умудрились познакомиться – загадка. Но она тоже в него влюбляется. Такая вот насмешка судьбы… Твоя бабушка Ханна, как и Агата, была инсайдером, однако она всячески старалась это скрывать и вообще отчаянно пыталась жить обычной жизнью простого человека. Каким, собственно, и являлся несчастный Алексей. Отсюда следует факт номер три.
– Боже мой, Глеб, сколько ещё этих кошмарных фактов?
– Немного. Да ты скорее всего и сама уже понимаешь как пошло дело дальше?
– Не хочу понимать. Но догадаться не сложно, ты прав.
