истории русской литературы, а возможно, даже и всей России. Последнее, конечно, мало вероятно, но меня, в конце концов, в данном случае больше
интересует литература – ею пока можно и ограничиться.
Я вот, к примеру, вполне допускаю такой поворот событий в романе
«Идиот», когда какая-нибудь завистливая и злобная девица, вроде Аглаи
Епанчиной, могла бы вдруг взять и выкрасть дневник Гани Иволгина, в котором
он расставляет свои, совсем иные, чем у Достоевского, акценты, комментируя
разворачивающиеся вокруг драматические события и давая емкие
характеристики их главным участникам, включая Мышкина, Рогожина и
Настасью Филипповну. Короче говоря, этот роман мог бы завершиться чуть
раньше публичным чтением дневника Гани и последовавшей затем немой
сценой… То есть всячески оплеванный Достоевским Ганя Иволгин опять-таки, как и в других уже описанных мною ранее ситуациях с Гоголем и Островским, 148
на самом деле, гораздо больше, чем сам автор «Идиота», мог бы соответствовать
истинному предназначению писателя: потихоньку втираться в доверие к
окружающим, а потом неожиданно их всех обсирать, поливать грязью…
И вот теперь, надеюсь, всем уже окончательно стало понятно, насколько это
важно для писателя -- соответствовать своему истинному предназначению! Ведь
гипотетическое чтение дневника Гани и последовавшая затем немая сцена могли
бы слегка притормозить надвигающуюся трагическую развязку, а может быть, даже и вовсе предотвратить гибель главной героини…
А к каким результатам приведет нынешнее тотальное увлечение
пенсионерок романом Достоевского «Идиот»? Я уже сказала: хотя такое и
трудно себе представить, но они рискуют впасть в еще больший идиотизм! Со
всеми вытекающими отсюда последствиями!
Ну вот, только я написала про “Идиота”, как почти сразу же услышала по
ТВ, что князь Мышкин был воспринят в самых отдаленных русских селеньях на
“ура”, все его ужасно полюбили, а исполнитель главной роли теперь самый что
ни на есть настоящий “народный артист России”… Ага, так я и думала! И между
прочим, это полностью совпадает с данными последней переписи населения, согласно которой большинство жителей России составляют пенсионеры и люди
старше скольки-то там лет -- в общем, самая благоприятная среда для восприятия
подобных сериалов… А мне вот больше понравился Ганя! Еще бы! Тут и
говорить не о чем. Князя Мышкина с ним и рядом не лежало!
Что ни говори, но приятно осознавать собственное величие и превосходство
над окружающими людьми! А если тебя сплошь и рядом окружают какие-то
замшелые и умственно отсталые дегенераты, то и напрягаться особенно не надо.
Селину вон приходилось лезть вон из кожи и крыть последними словами
Мальро, Мориака, Клоделя, Морана, Сартра за то, что их, а не его, награждали
Нобелевскими премиями, постоянно показывали по телевизору, принимали в
Академии… А ведь тогда еще где-то неподалеку отсвечивал и Жене… А мне?!
Нет, у меня даже язык не поворачивается произнести вслух имена тех, с кем мне
реально сегодня приходится соперничать -- когда подумаешь об этом, то даже
как-то немного становится не по себе. Короче говоря, лучше уж об этом совсем
не думать. А то ведь так, чего доброго, можно и усомниться в своих
способностях… Лучше просто жить и наслаждаться!
Свободно и легко плыть по бескрайнему океану человеческой тупости, в
котором тоже, конечно же, скрыты кое-какие подводные рифы и камни, – не
стоит об этом забывать. И самое главное, как я уже сказала, никогда не надо
недооценивать масштабы человеческой глупости! Вот это очень опасно! А об
остальном можно даже особо не задумываться и не волноваться… Человеческая
тупость подобна бескрайнему океану! Замечательный образ, по-моему, и, самое
главное, очень точный и актуальный. Ну а гений – это отважный мореплаватель, держащий курс… чуть было не сказала “по звездам”… Нет! Гений – это
отважный мореплаватель, блуждающий по этому океану в густом беспроглядном
тумане или же во мраке глухой беззвездной ночи, полагаясь исключительно на
везение – больше, по правде говоря, полагаться и не на что. Потому что, если
сегодня ориентироваться на “звезды” вроде Достоевского, то точно сразу же
сядешь на мель, далеко не уплывешь. “Звездами” вроде Достоевского можно
позволить себе сегодня любоваться только где-нибудь на берегу, в отдаленном от
моря селенье, стоя в очереди за автографом к какому-нибудь “истинно
народному артисту России”, чтобы скоротать время.
Кстати, этот образ бескрайней и по-своему даже в чем-то величественной
человеческой глупости родился у меня совсем недавно, а точнее, во время моего
149
пребывания на французском атлантическом побережье. И вот там, стоя на
прибрежной скале и глядя в бескрайнюю туманную даль, скользя взглядом по
