– Послушай, возможно, этот Робин – славный малый. Я знаю его только с твоих слов. Ты должна бороться за успех, не жалея своих сил. Заставь его гордиться тобой – вот как можно удержать парня!
– Иван, по-твоему, все так просто. Несколько минут, и я получу от него весточку.
– Вполне возможно. Но если ты будешь только плакать, ты обязательно проиграешь. Пусть он знает, что ты вовсю наслаждаешься жизнью.
– Тогда у него появится серьезный предлог для того, чтобы бросить меня.
– Мне кажется, такой человек никогда не ищет предлога. Он просто делает то, что хочет. Разыграй партию хладнокровно. Пока он отсутствует, появляйся на людях с другими мужчинами.
– С кем?
– Киска, я не владелец агентства по найму эскорта. У тебя, вероятно, много знакомых мужчин.
– Я уже целый год ни с кем, кроме Робина, не встречалась, – покачала она головой.
– Ты хочешь сказать, что к тебе никто не подкатывал?
Аманда грустно улыбнулась:
– Я ни на кого не обращала внимания, включая этого вульгарного Кристи Лейна. Но он ко мне на самом деле и не подкатывал. Просто предложил сходить куда-нибудь поесть.
– Он – не худший вариант.
Она удивленно посмотрела на фотографа. Он шутит? Поняв, что Иван говорит серьезно, Аманда скорчила гримасу.
– Чем плох Кристи Лейн?
– Ты видел шоу. Кристи лишен привлекательности. Он размазня.
– Да, я бы не пригласил его позировать для «Эсквайра». Он обыкновенный малый, случайно ставший звездой.
– Кристи – не звезда. То есть звезда, но только в своем шоу. Ты читал рецензию в «Таймс»? Он продержится не более трех месяцев.
– За три месяца, встречаясь с ним, ты приобретешь большую известность.
– Но он мне противен.
– Я не говорю, что ты обязательно должна спать с ним. Пусть отблеск его славы упадет и на тебя.
– Непорядочно встречаться с ним только ради этого.
Он взял ее за подбородок:
– Ты слишком порядочная девушка. Честная, глупая девушка со свежим личиком, которая полагает, будто оно всегда будет таким. Милая моя, мне сейчас тридцать восемь. Я могу иметь любую приглянувшуюся мне восемнадцатилетнюю цыпочку. Через десять или двадцать лет они по-прежнему будут моими. Но когда тебе исполнится тридцать восемь, ты будешь демонстрировать лишь модели от-кутюр. Платья до пола. Если сумеешь сохранить фигуру. Твое лицо и руки уже не подойдут для рекламных снимков. Возраст оставит на них свою печать. И даже такой размазня, как Кристи Лейн, не посмотрит на тебя. Но сейчас и еще несколько лет весь мир – у твоих ног.
– Кроме одного человека.
– Слушай, я знаю, что ты добрая, порядочная девушка, – со вздохом сказал он. – В противном случае я бы не сидел тут и не тратил на тебя время. Меня ждут работа и три крошки, которых я могу иметь в любой момент. Посмотри правде в глаза. Робин устроен не так, как большинство мужчин. Он – большая прекрасная машина. Дай ему сдачи, детка, это твой единственный шанс.
Она рассеянно кивнула и вывела на столе палочкой для помешивания напитка инициалы Р. С.
Отъезд Робина возмутил и Джерри Мосса. Во время ланча Робин сказал: «„Улан“, пять часов».
Джерри прождал его в баре до семи и узнал о том, что случилось, лишь от Мэри, смотревшей обзор новостей.
На следующий день он отправился к доктору Голду и провел у него много времени. Нет, доктор Голд не считал, что Робин преднамеренно мучает Джерри. По мнению врача, поведение Робина мотивировалось неосознанным стремлением избегать прочных привязанностей. Робин ничего не требует от друзей и не допускает посягательств на свою свободу.
Разговор Аманды с Иваном помог ей. Ко второму «Шоу Кристи Лейна» она вышла из состояния глубокой депрессии, которая сменилась чувством праведного гнева. Репетиции шли напряженно, но без нервозности. Все участники зрелища, настроенные празднично и доброжелательно, прониклись верой в успех шоу.
На этот раз, когда Кристи Лейн пригласил Аманду сходить куда-нибудь поесть, девушка согласилась. Они отправились в «Пристанище Данни». Их сопровождали шестерки и Агнес – статистка из «Латинского квартала». Она явно была девушкой кого-то из шестерок. Аманда сидела рядом с Кристи, но он лишь спросил ее: «Что будешь есть, куколка?», и больше они ни о чем не разговаривали. Джек Леонард, Милтон Берль и несколько других комиков подошли к Кристи, чтобы поздравить его. Кристи нравилось, что ему уделяют внимание, он пытался шутить. Увидев, что Милтон Берль направился к столу, стоящему перед сценой, Кристи сказал Эдди Флинну:
– Похоже, мы сидим на задворках.
– Нет, Кристи, – решительно возразила Агнес. – В этом зале все столики одинаково престижны. Он называется «Медвежатник». Обыватели в бежевых ботинках сидят в других комнатах. Это зал для почетных гостей.
– Откуда тебе это известно? – пробурчал Кристи.
