Возможно, ему, Робину, следует проделать это с Амандой. Тогда она перестанет заводить разговор о браке. Но что-то в нем восставало против этой идеи. Он чувствовал, что она пойдет на все, чтобы удержать его. Но для нее, в отличие от англичанки и баронессы, это не пройдет бесследно. Он не хотел причинять Аманде боль. Господи, сначала все было прекрасно. Но потом ему стало казаться, что она постоянно находится на грани истерики. Да, пора ставить точку. Он дал ей массу поводов для разрыва. Робин всегда предпочитал, чтобы девушка уходила сама. Тогда хотя бы ее гордость не страдала. Вдруг у Аманды и правда что-то получится с Кристи Лейном?
Робин снял трубку и набрал номер коммутатора Ай-би-си. Он застал Энди в аппаратной и пожелал ему счастья в новом году.
– Как тебе Мисс Цветок Апельсина? – спросил Робин.
– Немного плосковата, да и ноги у нее иксообразные, – отозвался Энди.
– На экране она выглядит неплохо.
– Это заслуга Мэгги.
– Мэгги?
– Мэгги Стюарт. Наверно, ты видел лишь ее затылок. Она – просто чудо.
Робин улыбнулся:
– Похоже, между вами что-то есть.
– Ты прав. Я бы хотел, чтобы вы познакомились. Почему бы тебе не приехать сюда на несколько дней? Тебе нужен отпуск. Поиграем в гольф.
– Мне никогда не бывает нужен отпуск. Я наслаждаюсь каждым днем. Только что вернулся из Европы с великолепными записями. Теперь хочу сделать прямой эфир. Слушай, дружище, не женись на этой девушке, пока я ее не увижу!
– Я бы женился на ней завтра, если бы она согласилась.
– Энди, я готов поспорить на что угодно, что она ничем не отличается от прочих девушек.
– Ты ошибаешься! – горячо возразил Энди.
– С Новым годом, простофиля. – Робин положил трубку.
Он закурил сигарету. Вспомнил о вечерах, когда они с Энди бродили по Семьдесят девятой улице, заглядывая во все бары. Однажды они сняли двух девушек, а ночью махнулись ими…
Робин надел пальто и вышел из дома. Спустился по Третьей авеню до Сорок второй улицы. Добрался до Бродвея. Перед ним засверкали неоновые огни пиццерий и кинотеатров.
Поравнявшись с одним из них, он купил билет и вошел внутрь. Какой-то мужчина поднялся со своего кресла и подсел к нему. Через несколько минут Робин почувствовал, что на ногу ему накинули плащ. Затем робкая рука коснулась его бедра. Он встал и сменил место. Спустя пять минут рослая молодая негритянка в светлом парике прижалась к его плечу.
– Хочешь получить удовольствие, милый? Прямо здесь. Я прикрою твой член своим пальто. У меня нежные пальчики. Пять долларов за ручную работу.
Он снова пересел. Его соседями оказались две молоденькие девчушки. Внезапно одна из них прошептала:
– Дай мне десять долларов.
Робин посмотрел на нее как на сумасшедшую. Подружкам было не больше пятнадцати лет.
– Дай мне десять долларов, не то я закричу на весь зал, что ты меня лапаешь. У тебя будут неприятности: я – несовершеннолетняя.
Он встал и бросился прочь из кинотеатра. Миновал несколько кварталов. Заглянул в ночное кафе выпить чашку кофе. Опустил руку в карман. Бумажник исчез. Чья это работа? Гомика с плащом? Цветной проститутки? Дебильных соплюшек? Он поднял воротник и отправился домой.
Посетители бара «Поло», находящегося в отеле «Беверли-Хиллз», уже расходились, но в зале было еще шумно, и Джерри не решался заказать междугородный разговор. Он позвонит из своего номера. Ему не нравился этот город, но шоу уже занимало второе место. Они не зря перевели его на остаток сезона сюда. Однако им предстояло провести еще три месяца в краю слепящего солнца, пальм и одиночества.
Поднявшись к себе, он заказал разговор с Мэри. Джерри радовало то, что передача, заменявшая «Шоу Кристи Лейна», требовала его присутствия в Нью-Йорке. Он проведет там целую неделю. Джерри был готов даже терпеть поездки в электричке.
Телефонистка сообщила, что номер в Гринвиче занят. Джерри снял заказ. В половине девятого он встречался с Кристи и Амандой в «Чейзене». Это был один из тех редких случаев, когда Аманда соглашалась куда-нибудь пойти. Обычно она к вечеру сильно уставала. Ее номер находился дальше по коридору от комнаты Джерри. На двери Аманды каждый вечер ровно в половине девятого появлялась табличка «Не беспокоить». Конечно, она много работала. Кристи Лейн возненавидел Калифорнию. Он говорил, что жизнь тут замирает в половине одиннадцатого. Вечера он проводил в снятом им большом доме, играя в джин с Эдди Флинном и Кенни Дитто. Кристи чувствовал себя неуютно в Калифорнии. Ему казалось, что его везде сажают за плохие столики. После отказа Аманды устроить бракосочетание в День святого Валентина Кристи несколько дней ходил расстроенный и мрачный. Она сослалась на то, что не хочет после свадьбы тотчас возвращаться к работе. Ей нужен настоящий медовый месяц. Кристи в конце концов согласился с Амандой. Они договорились пожениться сразу же после завершающей передачи сезона, перед летом.
