Эта партия подлежала отправке только через несколько дней, поэтому Тедески отложил проверку других машин до тех пор, пока не получит помощь эксперта. Через два дня он вернулся вместе с Энтони Чарди, сотрудником частного «Национального бюро антиугона». За это время партия поставки в Кувейт выросла до семидесяти шести машин, в основном «шевроле каприс». Серийные номера многих из них были проверены по списку в компьютерной базе данных. Ни одна машина с каким-либо из этих номеров не числилась в угоне.
Следующим ходом Тедески и Чарди начали искать так называемые «конфиденциальные» серийные номера, которые производители в качестве противоугонной меры помещали в более труднодоступные места автомобилей, такие как тепловой экран двигателя или трансмиссия. После расшифровки эти номера должны были совпасть с «открытым» номером на корпусе. Ни на одном автомобиле, проверенном Тедески и Чарди, они не совпали.
На следующий день машины были конфискованы, а еще через день агенты ФБР из Ньюарка вместе с агентами из отделения Бруклин-Куинс, идя по следу в документах, заняли посты наблюдения у склада на бульваре Империи. Они сфотографировали, как неизвестные – Генри, Фредди и несколько нанятых рабочих – грузили машины в два автовоза. В кабине одного из автовозов находился агент под прикрытием.
После погрузки все члены группировки уехали. Агенты не стали им препятствовать. У них были фото и серийные номера. В тот момент улики внутри склада были важнее. Они дождались, когда приедет еще один агент с ордером на обыск, и затем перетряхнули весь склад. Были конфискованы двенадцать машин, десятки недействительных серийных номеров и куча самых разных вещей, которые бандиты находили в угнанных машинах и самонадеянно оставляли прямо там: детские коляски, зонтики, магнитофонные кассеты, а также (поскольку многие машины поступали из еврейского района Бруклина под названием Джуиш Боро-Парк) Тора, свитки и другие религиозные принадлежности. Генри Борелли пуще всех настаивал на том, чтобы не выбрасывать предметы культа на помойку – боялся, что это принесет несчастье.
После обыска владелец склада позвонил Генри и предупредил, что лучше не выходить на работу ни в этот, ни на следующий день. Генри донес информацию до всех заинтересованных сторон. «Предприятие накрыли!» – сказал он Фредди.
Вскоре ситуация стала еще хуже, чем полагали Фредди и Генри. Через четыре дня после обыска на бульваре Империи человек, представившийся как Гарри, позвонил в ФБР в Ньюарке и указал на них как на ключевых персон в данной деятельности. Кроме того, по его словам, около года назад они убили двух человек – Рональда Фалькаро и Халеда Дауда.
В течение нескольких следующих дней «Гарри» позвонил в ФБР еще два раза и сообщил, очевидно, самые что ни на есть достоверные подробности. Он согласился на встречу, но не явился на нее. Тем не менее это был прорыв: кто-то в недрах «Джемини», рискуя навлечь на себя карающий гнев Роя, решил позаботиться о себе. Звонивший, однако, подстраховался и не стал сообщать имени истинного главы всего предприятия – Роя.
Рой был вне себя от ярости из-за обыска. 5 июня 1980 года, через три недели после того, как Патрика Пенни отправили на тот свет, он совершил третье двойное убийство за девять месяцев. Его жертвами стали молодые люди: один – мастер по ремонту кузовов, другой – мастер по ремонту крыльев. Какое-то время назад они стали управлять одной из старых автомастерских Криса Розенберга, которая находилась по соседству с мастерской Ричи Диноме и через дорогу от мастерской Фредди. Как и в случае с убийствами Фалькаро и Дауда, вторая жертва оказалась на месте убийства случайно.
Замысел убийства зрел в течение нескольких месяцев. У одного из баров на Манхэттене завязалась кровавая драка между Чарльзом Монгиторе и его заклятым врагом детства, чей отец был мафиозо из Куинса, принадлежавший к «семье» Гамбино. Монгиторе был ранен ножом в шею и решил предъявить обвинение. Отец обвиняемого, Сальваторе Манджалино, не хотел, чтобы сына отправили за решетку, поэтому попросил Роя вмешаться.
Рой направил Фредди, Ричи и Вито поговорить с Монгиторе, который знал Роя, но исключительно как друга Фредди и Ричи.
– Рой даст тебе пятьдесят тысяч, – сказал Вито. – Тебе даже не нужно отказываться от обвинений. Подожди до суда и просто скажи, что ты его не узнаёшь.
Монгиторе отказался от предложения, тем самым подписав себе смертный приговор. Еще несколько встреч и переданных ему сообщений не оказали желаемого действия. В самом деле, от полученной раны он чуть не умер, поэтому хотел отмщения и не мог постичь, почему Рой этого не понимал. В разговоре с другом он посетовал:
– Поверить не могу: у меня была разборка на Манхэттене с парнем из Куинса, а теперь меня достает парень из Бруклина.
