Доминику, присутствовавшему на заседании в качестве адъютанта Нино, показалось, что Рой, выходя вместе с Крисом из комнаты, чувствовал себя титаном. Доминик и сам ощущал себя словно десяти футов ростом. Он сказал адъютанту Кунана, Мики Фезерстоуну, тоже бывшему зеленому берету: «Если наши “семьи” объединятся, мы подомнем весь Нью-Йорк!»
Обычно Рой уезжал в Бруклин из своего дома в Массапека-Парке в середине дня. У большинства водителей такая поездка занимала сорок пять минут; Рой, в детстве на редкость неуклюжий, добирался на десять минут быстрее. Первую остановку он часто делал на заправке, которой заведовал его старый и преданный товарищ с юных лет – тот самый мальчик с дислексией, единственным другом которого стал Рой, «Шоссейный Фредди» Диноме.
После аварии на гонках, чуть не ставшей роковой, карьера Фредди в начале 70-х забуксовала. Несмотря на то что он купил дом с бассейном на Лонг-Айленде и владел, помимо заправочной станции, еще автомастерской и ремонтным цехом, известным как «Диагностический центр Шоссейного Фредди», он давно растранжирил все свои гонорары гонщика и оказался без гроша. Отчаянно нуждаясь в деньгах, он написал ложное заявление о краже своей гоночной машины, чтобы получить страховку, поджег два магазина своих друзей, не желавших больше платить за аренду, и снова сунулся в бизнес угона автомобилей.
Рой ссужал ему деньги с 1971 года, когда Фредди, находившемуся в процессе развода и сражавшемуся за право опеки над сыном – Фредди-младшим, – понадобились три тысячи долларов, чтобы заплатить поставщику за бензин. Теперь Фредди, который уже успел жениться на другой и стать отцом еще одного Фредди-младшего, был должен Рою семьдесят пять тысяч. Он по-прежнему имел какие-никакие связи с «семьей» Луккезе, но с его репутацией чудаковатого и инфантильного человека ему вряд ли светила хотя бы одна пуговица хоть в какой-нибудь «семье».
В Канарси к этому времени Шоссейный Фредди стал известен больше как Чокнутый Фредди. Посадив за руль своего «кадиллака» одного друга, примерно с теми же наклонностями, он любил гонять по улицам, выставив в окно голый зад. Когда хозяин магазина живой птицы, находившегося рядом с его мастерской, сделал ему замечание, он ворвался к нему в магазин, открыл клетки и выпустил на улицы города восемь сотен кудахтающих во все горло кур. На своей заправочной станции он держал ручную обезьянку по имени Сьюзи, которую дрессировал заправлять баки бензином. Когда полиция накрыла его игорный бизнес, он взял Сьюзи с собой в суд и устроил скандал, когда судья отказался дать ей возможность выступить в его защиту.
В свои тридцать пять дет, с изъеденным оспинами лицом и мешками под глазами, Фредди выглядел как опустившийся наркоман. Он и вправду подсел на марихуану, но никогда не курил ее при Рое, зная, что тот подобного не одобрит.
Теперь Фредди восхищался Роем даже больше, чем в те времена, когда они были подростками. Рой заработал свое положение, работая головой – ну, то есть и мышцами тоже, но ведь мышцами работать каждый дурак может. Заправлять бак Рою было для Фредди большой честью. Каждый приезд Роя всегда становился ярким событием. «Этот Рой – умнейший парень из всех, кого я знаю, – при любом удобном случае говорил он. – Я для него все что угодно сделаю».
Вполне естественно, что Фредди испытал душевный подъем, когда Рой попросил его быть своим шофером. Рой, конечно, и сам умел водить машину, но ведь и Пол нанял шофера, и Нино не крутил баранку сам, а пользовался услугами Доминика. Шофер был не более чем декорацией, приличествующей новому статусу Роя. Он сказал Фредди, что получил повышение у «мистера Гаджи, моего спонсора», и имел теперь столько обязанностей, что то время, которое раньше он тратил на вождение, теперь понадобится ему на то, чтобы расслабиться и сосредоточиться на делах. Услуга будет нужна ему только в тех случаях, когда он поедет в Бруклин из Массапека-Парка.
Для того чтобы взять Фредди на работу, Рою нужно было «освободить» его от уз «семьи» Луккезе, которой Фредди номинально был подотчетен. Благодаря новому положению Роя эта щекотливая ситуация превратилась в простую формальность.
Рой также предупредил Фредди, что время от времени его помощь потребуется при угоне машин и, если все получится, Рой устроит его в свое весьма прибыльное предприятие, что позволит списать его семидесятипятитысячный долг. А чтобы Фредди производил на окружающих благоприятное впечатление, Рой выдал ему денег на одежду и зубного врача – его передние зубы сгнили до корней. «Скажу тебе так: завязывай курить столько дури», – добавил Рой.
Фредди так и не бросил курить дурь, но он все же посетил зубного врача и стал лучше одеваться. «Рой делает из меня джентльмена», – говорил он своему недотёпе-брату Ричарду, кое-как зарабатывавшему на жизнь угоном машин для авторазборки на Статен-Айленде.
