— Нет, — сказал он рассудительно. — В самом деле, Флорин, пора уже вам начать различать настоящих актеров от их подобия. Никакая юная леди сюда не привлекалась.
Я сделал шаг в его направлении, и он слегка отшатнулся.
— Дорогой мой, — сказал он удивленно, — наверное, нет необходимости подчеркивать, что я не обижаюсь на какие-либо поспешные насильственные импульсивные действия с вашей стороны. — Он скривился в усмешке. — Я не совсем ваш союзник, Флорин, но я не желаю причинить вам вред, и, как я уже упомянул, вы можете оказать мне услугу. Не лучше ли всего для нас будет изучить все обстоятельства разумными методами и найти компромисс?
— Продолжайте, — сказал я. — Я слишком устал для спора.
— То-то же, умница. Теперь о заговоре: это благородный заговор, но тем не менее заговор. Короче говоря, заговор с целью возврата вас к нормальной психике.
— Последние сводки с фронта сообщают, что он не срабатывает. Вы не поверите, но в данный момент я воображаю, что сердечно беседую с относящейся ко мне по-отечески саламандрой.
Дисс раскрыл рот и издал несколько шипящих звуков, что должно было, как я предположил, обозначать смех.
— Я признаю, что своим видом способен привести вас в замешательство; однако не забывайте опираться на простые критерии: факты есть факты, как бы их ни объясняли. И если мои объяснения проливают свет на ситуацию — ну, тогда, даже если я не реален, я так же хорош, как и…?
— У меня еще и голова заболела, — сказал я. — Вы только что упомянули, что они спасают мою психику. Не стоит ли пояснить, кто «они» такие, почему они так заинтересованы в расшифровке моих мозгов, если они у меня есть.
— Они… это Исследовательский Совет, правительственная группа высокого ранга, в которой вы были или и сейчас являетесь Председателем.
— Вы, должно быть, поставили не на ту лошадь, Дисс. Единственные исследования, которые я провожу, — это кто нажал на спусковой крючок или воткнул кухонный нож в зависимости от рода деятельности.
Он отмахнулся от моих слов.
— Явная рационализация. Ваш собственный здравый смысл должен подсказать вам о необходимости расширить масштаб представления о себе. Стал бы я тратить свое время на беседу с заурядным частным сыщиком, имеющим или не имеющим мозги?
— Я — пас. Продолжайте.
— Ваш последний проект как Председателя заключался в создании прибора, предназначенного для исследования подсознания и отыскания оперативных символов, их конкретизации и облачения в конкретные формы, чтобы получить возможность изучения подсознательной деятельности мозга. Вы настояли, чтобы первое испытание провели на вас. К несчастью, из-за усталости и фактора стресса вы неадекватно отреагировали на эксперимент. Ваш мозг избрал новый путь к спасению; вы ускользнули в придуманный вами фантастический мир.
— Я разочарован в себе; я считал себя способным придумать нечто более веселое, чем быть дичью для охотников, чтобы я убегал, а в меня стреляли и вообще пугали до смерти.
— В самом деле? — Дисс издал смешок, похожий на звук предохранительного клапана, сбрасывающего излишек давления. — Познайте себя, Флорин. Вы ученый-теоретик, а не герой, совершающий подвиги. Вам понравилась возможность избавиться от ответственности в примитивном мире жестоких законов — убить или быть убитым. Но ваши верные соратники, вполне естественно, были далеко не согласны с таким поворотом событий. Им было необходимо возвратить вас из фантастического мира. Вы ускользнули в образ легендарного героя Старой Земли по имени Флорин. Ван Ваук противостоял этому шагу, поставив перед вами — конечно, в выбранной роли — задачу, и вслед за этим засыпал ваш путь трудностями с целью сделать ваше убежище несостоятельным. События развивались в соответствии с планом — до определенного момента. Вы вошли в фантазию, приняли вызов. Неожиданно дела пошли скверно. Появились незапланированные элементы, усложнившие все дело. Ван Ваук предпринял попытку прервать лечение, но обнаружил, что не может этого сделать. События вышли из-под его контроля. Он более не управлял машиной грез.
Он сделал паузу в ожидании вопроса. Я его задал.
— Конечно, управляли вы, — сказал он. — Вместо того, чтобы действовать как пассивный реципиент импульсов, подаваемых в ваш мозг, вы перехватили их, создали из них новый сценарий, более соответствующий вашим потребностям, специфичный для выбранной вами роли.
— Почему я ничего этого не помню? И что вы имеете в виду под Старой Землей?
— Вы все еще не помните, а? — спросил Дисс. — Какая-то часть вашего мозга тщательно стерла из памяти все свидетельства ситуации, которую вы считаете немыслимой. Представляя информацию из другого источника, я фактически обхожу с фланга защитные механизмы мозга. Что касается Старой Земли — это наименование второстепенной планеты, которую кое-кто считает первоначальной колыбелью человечества.
— Догадываюсь, что в этом месте я говорю, что думал, что у человечества есть только один дом.
