– Каждый цент инвестируют в муниципальные облигации Земли, – покачал головой Стоун, – а те налогом не облагаются. Магелланики утверждают, что таков их древний обычай.
– Мне это не нравилось с самого начала, – признался Варгас. – Так и знал, что с местными будут сплошные проблемы и неприятности.
– Как в воду глядели, – сказал Стоун.
– Ну что ж – пусть связисты подготовят объявление для жителей планеты. Скажите, что наша миссия здесь завершена и магелланики свободны от жестокой длани угнетателей, кем бы те ни были, так что теперь мы улетим, а они пусть занимаются своими делами, и удачи им в этом начинании.
– Пространно, – заметил Стоун. – Пожалуй, подключу ребят из разведки, чтобы оформили все это в простые и понятные слова.
– Тогда за дело, – велел Варгас. – И пусть кто-нибудь подготовит корабли к немедленному отбытию.
Мысль была своевременная, но все сложилось несколько иначе.
Во второй половине дня, когда Варгас сидел у себя в кабинете, играл в «тычку» любимым филиппинским ножом боло и мечтал о воссоединении с Люпи, на полу вспыхнул ослепительный свет. Увидев это, Варгас молниеносно бросился под стол, решив, что его хотят убить.
Здесь, под столом, хоть и не особо крепким, поскольку изготовленным в местной традиции мебелестроения, было поспокойнее. Во-первых, Варгас почувствовал себя защищенным, а во-вторых, успел выхватить из кобуры лазерный бластер с накладками из слоновой кости.
– Если воспользуетесь им против меня, то очень пожалеете, – предупредил голос.
Выглянув из-под стола, Варгас увидел посреди кабинета характерное металлическое тело и сверкающие глаза Галактического исполнителя.
– А, это вы. – С этими словами Варгас со всем достоинством, возможным при таких обстоятельствах, выбрался из укрытия, убрал оружие в кобуру и уселся за стол. – Прошу прощения, Галактический исполнитель. Я думал, это наемные убийцы. Сами знаете, береженого Бог бережет. Итак, чем могу помочь?
– Во-первых, – сказал Исполнитель, – не пытайтесь снова от меня отмахнуться. Это сошло вам с рук, но лишь однажды. Попробуйте снова, и Галактические силы вбомбят вас в каменный век. Если думаете, что я шучу, выгляните в окно.
Так Варгас и сделал. Небо потемнело от множества звездолетов. Судя по размеру, они действительно принадлежали Галактическим силам.
– Простите, что в прошлый раз отмахнулся от вас, – извинился Варгас. – Последовал скверному совету. Хорошо, что вы здесь. Как раз выслушаете объявление об окончании земной оккупации. И, быть может, захотите посмотреть, как мы улетаем домой.
– Знаю, что таков ваш план, – подтвердил Исполнитель. – Но должен сказать, что все не так просто, как вам кажется.
– Это еще почему?
– Галактическая стратегия заключается в сохранении существующего положения вещей, каким бы оно ни было. Мы не смогли помешать вам объявить войну магелланикам. Такова была единственная дозволенная вам ошибка. Теперь же вы завоевали эту планету и обязаны оставить ее себе.
– Поверьте, – сказал Варгас, – такого не повторится. Нельзя ли просто извиниться и забыть об этом случае?
– Нет, – объявил Исполнитель. – Нельзя вот так запросто отделаться от последствий. Начать войну решили вы, а не мы. Теперь расхлебывайте.
– Но война окончена!
– По Галактическому своду законов война считается завершенной, когда об этом объявит жертва агрессии. И могу заверить, что магелланики вполне довольны тем, как обстоят дела.
– Появляется ощущение, – сказал Варгас, – что магелланики обвели нас вокруг пальца. Ох уж эти россказни Гуртеверта! Почему-то они напоминают мне о птице. Вот только не помню о какой.
– Позвольте освежить вам память, – предложил Исполнитель. – Я изучал жизнь пернатых всей галактики и знаю, что у вас на планете есть птица под названием кукушка. Она откладывает яйца в гнезда других птиц, чтобы те заботились о ее потомстве. Такой же фокус магелланики провернули с вами, простыми землянами.
– Какого черта? Что вы несете? – вспыхнул Варгас, но его голос дрожал.
– Они сделали так, что вы захватили их планету и переправили избыток рабочей силы к себе на Землю. Теперь, когда магелланики уже там, вы не можете от них избавиться. Вот что бывает, когда начинаешь заниматься благотворительностью, не задумываясь о последствиях.
– Благотворительностью? Черта с два! Мы занимались войной!
– В галактическом представлении, – сказал Исполнитель, – война является разновидностью благотворительности.
– С чего бы?
