И тут же поскользнулся на гладкой скользкой поверхности, кое-как удержал равновесие и вжался лбом в стену. В один миг окатило жаром и липкой волной холода, до земли оставалось еще метра три, тут можно и ноги запросто переломать, и позвоночник, как сам недавно Лере предсказывал. Но обошлось, он прочно утвердился на мокрой опоре, глянул вверх. Со второго этажа доносились крики и почему-то звон, точно там били посуду, потом вспыхнул свет, и сразу показалась Лера. Илья и сказать ничего не успел, как девушка по его примеру села на перила, повернулась и повисла на руках. Илья подхватил ее, поставил рядом и шепнул на ухо:
— Умница. Теперь самолет тебе не страшен, можешь хоть в Австралию улететь.
— Или на Тибет, — отозвалась дрожащим голосом Лера, — начальник департамента аналитики туда часто летает…
— Карму чистит, я в курсе. — Илья отпустил ее, сделал шаг вперед, потом еще один. Тут дело пошло на лад, труба, хоть и скользкая, была все же шире карниза, и по ней они быстро добрались до угла дома, где труба, сделав изгиб, пряталась под асфальт. Дальше было вообще легко, спуститься по ней на землю было делом считаных секунд, и даже Лера не подвела. Спрыгнула на асфальт, прижалась к стенке, и тут из нее точно воздух выпустили. Девушка дышала так, точно бежала час или больше, дышала хрипло и никак не могла откашляться, будто ее держали за горло.
— Не могу, — разобрал Илья, — мне плохо. Иди, я догоню…
«А кому тут хорошо». — Он поднял Леру и с силой встряхнул ее за плечи, голова у нее мотнулась так, что зубы лязгнули.
— Можешь, еще как можешь. — Он взял ее под руку и потащил подальше от дома. Оглянулся на ходу, и заметил на балконе второго этажа мужика — тот крутил головой по сторонам и, перегнувшись через залежи барахла, смотрел то вниз, то вверх. Деревья закончились, пошла дорога, открытое место, и Илья бы с радостью побежал, если бы смог. Накрыло и не отпускало чувство, будто в затылок ему смотрят через прицел и того гляди в голову влетит пуля. Мерзкое ощущение, особенно мерзкое от бессилия и необходимости бежать, желательно петляя при этом.
Но скоро дом остался позади, показались огни проспекта, освещенные витрины магазинов и уличная подсветка. По дороге неслись машины, на тротуарах было пусто, лишь на другой стороне широкой улицы Илья разглядел группку прохожих, судя по крикам и дурацкой музыке — азиатов. Но они были далеко, да и опасности, по сравнению с пулей из снайперской винтовки, не представляли. Илья дотащил Леру до павильона автобусной остановки, толкнул к лавке и сам сел рядом.
Минуту или две они молчали, приходя в себя. Кровь перестала колотиться в висках, напряжение чуть спало, стало холодно и мерзко. Снова пошел дождь, Лера спрятала ладони в рукава плаща, сгорбилась и смотрела в землю. И что-то в ее облике было не так, чего-то недоставало, но Илья никак не мог сообразить, чего именно, да и не до того сейчас было. Он поднялся, прошелся туда-обратно, прикидывая, что дальше. И по всем прикидкам получалось, что деваться им некуда: квартира под прицелом, другого жилья нет, остается «Ровер», брошенный на парковке в паре километрах ходьбы отсюда. Километры — это ерунда, но соваться туда рискованно, кто поручится, что за машиной не следит, к примеру, помощник нашего стрелка? Правильно, никто, поэтому этот вариант пока мимо. Надо где-то переждать день или два, отсидеться, не привлекая внимания.
— Можно в «Сюиту» поехать, — проговорила Лера. Думала она, видимо, о том же, и уже пришла в себя — в ее голосе не было и намека на слезы. Она подняла голову, посмотрела уже вполне себе осмысленным взглядом и повторила:
— Там документы не спрашивают, если сразу за сутки платишь. Но дорого…
— Ничего, ты у нас девушка с приданым. — Илья подхватил ее под локоть и поднял с лавки. — Не обеднеешь. Пошли скорее, или простудимся.
И правда — ветер задувал нешуточный, он принес запах близкого снега, от чего на душе в предчувствии долгих темных дней становилось тоскливо и мрачно. Лера сжалась, ее потряхивало то ли от холода, то ли от пережитого, она молча кивнула и подошла к обочине. Такси поймали еще минут через десять, потом крутились по центру, потом приехали наконец. Пока Лера расплачивалась, Илья осматривался и даже прошелся по парковке. Вон там тогда стояла «Мазда», там прятался он сам, здесь стояла Лера и ее любовник, а на всех с крыши соседнего дома смотрел убийца, как и час назад. По хребту снова пробежал холодок, потом бросило в жар, но просто от воспоминаний — не вездесущий же он, в самом деле. И все же Илья пристально посмотрел и на темную крышу, и на окна, из которых светились два или три. Потом такси уехало, а Лера поднялась на крыльцо, нажала кнопку звонка.
В черно-белый со светлой мебелью и такой же стойкой холл их впустили незамедлительно, вежливая и совсем не заспанная администратор, черноглазая блондинка лет пятидесяти с приятной улыбкой приветствовала их как дорогих гостей, и спросила, какой номер господа желают оплатить.
