— А вот так. Если бы вы пришли и поговорили со мной, я бы вас выслушал. А после того, что вы устроили — одевайтесь и уходите.
— Так бы и сказали, что вам одетые женщины нравятся больше, — пробормотала она.
— Мне женщины вообще не нравятся! — гаркнула я.
— А, так вам нравятся мужчины.
— Да чтоб ты провалилась! Нет!
Но по лицу гостьи я уже понимала, что завтра по стране поползет новая сплетня о канцлере. И если Эдмонд когда-либо узнает, кто её запустил, быстро и безболезненно меня уже не убьют.
— Значит, так! — Схватила девицу за плечи и пару раз встряхнула. — Мне нравятся женщины. Но вы конкретно — не нравитесь. Поэтому натягивайте свое бельишко и проваливайте! Хотя нет, сначала признаетесь, кто вас сюда пустил и кто ваш жених. Расскажу ему, как вы храните его доброе имя.
Девушка всхлипнула — раз, еще раз. Но я — не мужчина, чтобы быть падкой на женские слезы. Обойдется! Пришлось силой стаскивать её с кровати. Платье нашлось на полу — видимо, чтобы придать обстановке интима.
«Её жених — всего лишь глупый мальчишка, который сунул нос не в свое дело, — мурлыкнула тьма. — Эд собирался его отпустить, но не успел».
«Почему я должна тебе верить?»
«Потому, что я не лгу».
— Имя, — потребовала у горе-невесты.
— Чье?
— Жениха!
— Вы казните его? — кинулась она ко мне.
— Имя, демоны тебя возьми!
— Шуран. Шуран Барито.
С удовольствием казнила бы несчастного Барито, чтобы не мучился с такой женой. Потому что, боюсь, жизнь будет к нему немилосердна.
— Кому ты заплатила, чтобы сюда попасть?
— Не скажу, — девчонка выпятила нижнюю губу.
«Сними маску, и она расскажет», — предложила Тьма.
«Обойдусь без тебя».
«Зачем тратить время? Всего лишь сними маску. Мне скучно, я хочу веселиться».
— Или ты говоришь, кто пустил меня в твой дом, или я…
Провела пальцами по тесемкам, удерживающим маску. Баронесса поняла этот жест верно и выпалила скороговоркой:
— Служанка. Мика, её зовут Мика.
— А теперь вон!
Рявкнула так, что чуть не задрожали стекла. Девчонку будто сдуло ветром. Наверное, так быстро она еще не бегала. А я села и обхватила голову руками. Это же надо! Мне всегда казалось, что сильные мира сего должны жить легко и весело, но пока что ни жизнь короля, ни его канцлера таковой не казалась. Да, у Эдмонда хватило бы, наверное, денег, чтобы купить всю Виардани, но зато там, в родном городке, я никогда не несла ответственность за судьбу государства и не находила в постели голых девиц. Мне все больше было любопытно, какой он — канцлер. Что же правда из того, что о нем говорят.
Потянула за тесемки, снимая маску. Наконец-то! Вот только ложиться на кровать не хотелось, пусть даже баронесса и возлежала на покрывале. Преодолевая брезгливость, сбросила его на пол. Утром прикажу слугам выстирать. Прикажу! Дожилась. Но такова реальность. И утром же объявлю в розыск госпожу Лессу Адано. Чем быстрее мы с Эдмоном встретимся, тем скорее завершится этот кошмар.
Разделась, не зажигая света. То ли глаза привыкли к темноте, то ли соседство тьмы делало свое дело, но я неплохо различала очертания предметов. Легла, закрыла глаза. Снилась поляна в лесу, звездное небо, высокие сосны. Странно… Проснулась с гудящей головой. Едва заставила себя подняться с кровати. С чего бы начать? Наверняка, с Мики, которая впустила в дом посторонних.
Умылась и оделась — негоже канцлеру щеголять помятым лицом даже ранним утром. Затем надела маску — тихо начинала ненавидеть этот предмет, но не зря же Эдмонд с ним не расставался. А Тьма так настойчиво желала, чтобы я оставалась без маски. И только тогда дернула за шнурок звонка.
Старик-слуга появился минуту спустя. Так стыдно… Я даже не знаю его имени.
— Ваша светлость, — склонил седую голову.
— Позови мне Мику, — приказала я.
— Мику? — Он, кажется, удивился.
— Что-то не так? — сдвинула брови, запоздало подумав, что вряд ли это заметно.
— Просто она работает на кухне, и… Сию минуту будет сделано!
Слуга исчез за дверью, а я расположилась в гостиной. Выбрала большое удобное кресло, чтобы было видно всю комнату, каждое движение моей гостьи. Вскоре послышались торопливые шаги, и бледная, как смерть, Мика появилась в дверях.
— Ваша светлость, — присела она в неуклюжем реверансе. За её спиной маячил дворецкий.
— Оставьте нас, — приказала старику, и тот вышел, закрыл двери, чтобы нам никто не мешал. — Мика, вы догадываетесь, зачем я вас позвал?
— Н-нет, — пробормотала она, глядя в пол.
— А мне почему-то кажется, что да. — Я продолжала изучать каждое её движение. — Женщина. В моей комнате.
— Господин, помилуйте! — Она упала мне в ноги. — Простите, простите меня! Я же не знала… не думала, что расскажет…
— То есть, если ты будешь уверена, что тебя не выдадут, то пустишь ко мне посторонних снова?
— Но она же по любви! — Мика подняла на меня полные слез глаза.
Глупая девчонка…
«Отдай её мне, — оживилась Тьма. — Она такая сладкая. Отдай!»
«Нет!» — мысленно рявкнула я, а вслух продолжила:
— Мика, дальше работать в моем доме ты не сможешь.
— Ваша светлость, пощадите! У меня два брата и три сестры, их надо кормить!
